Знаю, на что он нацелился, а для меня это — предел!

Я и так уже на грани, безумно хочу его, хочу большего до мольбы, поэтому не уверена что выдержу эту пытку.

— Расслабься, — хрипит он, отцепляя от себя мои руки. После чего заводит их мне за голову, обхватывает оба мои запястья одной своей огромной ручищей, и вновь склоняется к моему животу. Подготавливает. Медлит. А я напрягаюсь всем телом. И когда его губы накрывают мой клитор, я дёргаюсь от неожиданных ощущений, не сдерживая протяжный стон удовольствия.

Его язык — это нечто!

Первое прикосновение — и мой мозг словно взрывается.

По телу расползается приятное тепло, по венам — сладкий ток, и все эти ощущения клубятся в низу живота некой свинцовой тяжестью, которая сводит меня с ума.

А дальше, во мне словно что-то обрывается. Исчезают все блоки, как мысленные, так и физические. Макс, который, оказывается, давно отпустил мои руки, подхватив меня под ягодицы, приподнимает их вверх для большего доступа, наслаждаясь уже во всю, без тормозов, как одержимый. А я…погрузив пальцы в его волосы, направляла его голову как лучше, и елозила под ним бедрами, словно нимфоманка.

Кричала, стонала и…даже материлась, пока не взорвалась в первом, крышесносном оргазме.

— Блядь, — слышу хрип Макса, когда откатывает первая волна этого сумасшествия, возвращая мне крупицу здравого ума, — чуть не кончил от того, как кончала ты! — говорит он, накрывая меня собой, сразу проскальзывая в меня своим возбуждённым до придела членом.

«До придела» — потому что ощущался во мне огромным, и с трудом протискивался в мое узкое влагалище. Но я была больше чем готова, и медленно приняла его всего, ощущая в теле блаженное удовольствие.

После нашего последнего соития в домике бабушки, прошёл уже месяц и всё это время, меня не покидали мысли о Максе, о тех невероятных чувствах, которые я испытала, плюс эротические сны с его участием. И только сейчас я осознала, как изголодалась по нему! Насколько сильно он был мне необходим! Насколько сильно я хотела ощутить его внутри себя, чтобы наконец-то утолить эту жгучую потребность!

Макс делает несколько движений во мне и сразу замирает, нетерпеливо зарычав. Прижимается своим лбом к моему лбу и дышит глубоко… тяжело… часто.

Словно пытается взять над собой контроль…

После пятисекундного перерыва, вновь обновляет свои движения, глубоко погружаясь в меня. Заводит мои руки над головой, слегка выгибается и начинает одновременно ласкать мои соски. Жадно. Грубо. Нетерпеливо… И каждое его прикосновение к отвердевшему от возбуждения бугорку, отдавалось во мне невероятными ощущениями, пробивало моё тело насквозь, от кончиков волос до пальчиков на ногах, а внизу живота возрождало необыкновенное чувство — порхающих бабочек.