Еще через пару лет Фай узнал, что плодовитость химер его супруга преувеличила: иногда кошки приносили всего одного котенка, в чем радостный папаша убедился лично, взяв на руки своего шестого по счету и — он очень на это надеялся — последнего малыша. Голубоглазого блондинчика, между прочим.

К тому моменту Фай успел пройти суровую школу отцовства и даже смог — не без труда — подавить скупую мужскую слезу, набежавшую при мысли о грядущих бессонных ночах. Просто он еще не знал, что белокурый младшенький, этот симпатичный улыбчивый карапуз, окажется самым крикливым, требовательным и громким среди его энергичных отпрысков.

Нет, Фай, безусловно, любил всех своих детей. Любил до безумия, самоотверженной отцовской любовью. Но иногда ему очень хотелось забиться в какой-нибудь темный уголок, посидеть там в тишине и поплакать.

Потому что Кейти каждый вечер заплетала ему косички и разражалась слезами всякий раз, когда Фай пытался уничтожить результаты ее кропотливого труда.

Потому что Милли любила будить родителей, с разбега прыгая на кровать утром ровно в половину шестого и ни минутой позже.

Потому что Дариан, его сын, вдруг крепко подружился с Чудовищем младшим — несносной дочерью Эвера и Сумеречного дракона.

О, эти двое, когда встречались, могли своими шалостями довести до безумия кого угодно. По мнению Фая, упрямая, своенравная принцесса влияла на его детей крайне дурно. Именно она была зачинщицей всех каверз и проделок, в которых принимали участие его сыновья и дочери."

"Когда юная драконица приходила в гости, весь дом поднимался на уши, а несчастный Фай хватался то за голову, то за сердце. Ей-богу, она была похлеще своей чешуйчатой матери. Еще более упертая, острая на язык и совершенно неуправляемая. Маленький ураган, оставляющий большие разрушения.

Из-за ее сумасшедших игр Милли однажды даже сломала ногу! Ну кто, спрашивается, в здравом уме вздумает строить шалаш на дереве? А прыгать с обрыва в реку? А учиться летать с помощью искусственных крыльев, лично сконструированных принцессой для своих друзей?

Вот же безбашенная девица!

И что бы вы думали? Именно на ней, на этом чудовище номер два, его любимый старший сын решил жениться прямо в день своего совершеннолетия.

Сказать, что Фай был счастлив, — ничего не сказать.

А Грид только посмеивалась, придерживая мужу дергавшееся веко."