При этом поставщик темно-красного коврика в моем автомобиле может быть совсем не тот, что поставщик такого же коврика в вашем. Таким образом, единственное, о чем можно говорить с уверенностью в нашем случае, это о разнообразии нейлоновых волокон. Два могут быть из домашнего покрытия, четыре — из автомобильного. Цвета и поперечное сечение разные. Добавьте сюда то, что был обнаружен олефин, динэл, акрил, и вы получите некий странный компот.

— Очевидно, — вмешался Уэсли, — профессия или какое-то другое занятие убийцы вынуждает его контактировать со многими разными типами ковровых покрытий, и в день убийства Берил Медисон он был одет во что-то, на что налипло много волокон.

Шерсть, вельвет или фланель, подумала я. Однако ни шерстяных, ни цветных хлопчатобумажных волокон, которые могли бы иметь отношение к убийце, не было обнаружено.

— А что насчет динэла? — спросила я.

— Обычно он ассоциируется с женской одеждой. С париками, искусственным мехом, — ответил Хейновелл.

— Да, но не только, — возразила я. — Рубашка или пара слаксов, сделанных из динэла, накапливали бы статическое электричество, как полиэстер, вызывая прилипание к нему всего подряд.

— Возможно, — согласился Хейновел.

— Тогда, может быть, псих был в парике? — предположил Марино. — Мы знаем, что Берил пустила его в дом, другими словами, она не была напугана. Большинство дамочек не пугаются, если за дверью — женщина.

— Трансвестит? — предположил Уэсли.

— Может быть, — ответил Марино. — Самые привлекательные женщины, которых ты когда-либо видел, возможно, трансвеститы. Это чертовски отвратительно. Некоторых из них я не могу распознать до тех пор, пока не загляну прямо в лицо.

— Если нападавший выглядел как женщина, — обратила я их внимание, — то как мы объясним приставшие волокна? Ведь если волокна прилипают к нему на рабочем месте... трудно представить его там, одетым в женское платье.

— Если только он не занимается проституцией, — возразил Марино. — Он заходит и выходит из автомобилей своих клиентов всю ночь напролет. Может быть, заходит и выходит из комнат мотеля с ковровыми покрытиями на полу.

— Тогда его выбор жертвы лишен всякого смысла, — сказала я.

— Пожалуй, но становится понятным отсутствие семенной жидкости, — спорил Марино. — Мужчины-трансвеститы, гомосексуалисты обычно не насилуют женщин.

— Они обычно и не убивают их, — заметила я.

— Я упоминал об исключении, — снова начал Хейновелл, глядя на часы, — так вот, то самое оранжевое акриловое волокно, которым вы так интересовались. — Его серые глаза бесстрастно уставились на меня.

— С трехлистным клевером в сечении? — вспомнила я."

"— Да, — кивнул Хейновелл. — Форма очень необычная.