Ей не будет одиноко.

По дороге в усадьбу Хетт думал, как обмануть уффов — безумных стражей Магистра. Он не хотел тратить оставшееся драгоценное время зря. Лучше провести его рядом с ней. В той части замка, где Вальганиус устроил секретную комнату, уффы бывали редко. Стоило пробраться незамеченным к заветной двери, и дело сделано. Войти он сумеет. Секретарь привык использовать трейл, чтобы узнавать постоянно меняющийся код замка.

Теперь, когда конец был близок, страх Хетта перед Магистром и его слугами притупился. Он решительно вошел в комнату хозяина и взял трейл.

В кристаллической памяти прибора ему без труда удалось отыскать то, что нужно.

Убедившись, что за ним никто не наблюдает, секретарь выскользнул в коридор и направился к вожделенной двери. В секретной комнате было полутемно…

— Видишь, я быстро вернулся, — с трепетом в голосе произнес Хетт и замер.

Он чувствовал, как теплая волна нежности затапливает его. Это происходило каждый раз, стоило только ему увидеть…

— Боги! — шептал секретарь, приближаясь к ней. — Какое блаженство!"

"Ноги его подкашивались, а сердце начинало неистово прыгать в груди.

Хетту казалось, что там, в глубокой нише, где лежала она, сияет магический свет далекого незнакомого солнца. Он не замечал, что ее гармоничное и совершенное тело мертво. Оно давным-давно утратило упругость и гибкость, застыло, превратившись в некое подобие огромной статуи. «Золотая богиня» была прекрасна в своей зачарованной неподвижности.

Хетт подошел вплотную и наклонился, затаив дыхание. Ему казалось, что золотистые веки вот-вот дрогнут, что… Но нет. Безумным надеждам не суждено было сбыться.

Ее лицо все еще хранило тень мягкости и чистоты. Увы, всего лишь тень.

Секретарь Вальганиуса придумывал ей сотни изысканных имен, но она не откликалась ни на одно из них. Ему пришлось смириться с этим. Раз за разом, рискуя жизнью, он приходил сюда, любовался ею, рассказывал обо всем, что его волновало. Он поведал ей историю Драгии, жители которой забыли солнечный свет и оттого очерствели. Они разучились любить и испытывать счастье…

Сегодня Хетту было нечего сказать ей. Он не мог защитить свою «Золотую богиню» от надвигающейся беды.

— Я не в силах что-либо изменить, — шептал он, прерывисто вздыхая. — Я могу только умереть вместе с тобой. Ты не будешь одинока в предстоящем тебе вечном странствии по Полям Звезд…

Разум Хетта отказывался верить в то, что она уже мертва. Он смотрел на «Золотую богиню», и его губы дрожали.

В бреду или во сне,Глазам своим не веря,Я созерцал тебя, ласкающей странного зверя.По глади реки скользилиЛиловые тени цветов и твое отраженье…Я видел себя и чужие просторы,Зеленое небо, хрустальные горы.