Собственно, в этом заключалась самая тонкая часть моего плана, но ты прекрасно справилась!

– Но ведь Оковы нельзя просто так снять и отдать. – Я помнила, что Вейн знает секрет Оков, но уже однажды предпочел смерть раскрытию тайны.

– Просто так нельзя, но если ты очень захочешь мне их передать, то они не смогут пойти против твоей воли. А отданные добровольно, Оковы Власти будут служить мне – пусть не столь эффективно, но и не убьют нового хозяина.

Я сглотнула. Это слишком простой способ. А браслеты тянули мои руки вниз: казалось, с каждой минутой они все тяжелели.

– И да, – проследив за моим взглядом, добавил менар, – поскольку ты сняла их без разрешения законного владельца, то они не являются твоими, – соответственно, станут тянуть из тебя силы, чтобы ты быстрее вернула их назад. У тебя большой резерв, на сутки хватит, а дальше я сниму Оковы с трупа.

– Я хочу их отдать, – я с сожалением посмотрела на браслеты, будто лучшего друга предаю. – Как именно мне их снять? Или ты снимешь?

– Я даже не прикоснусь к Оковам, да и ты их, как я вижу, не горишь желанием отдавать, иначе они бы уже были на моих запястьях. Но ничего, – Рангор наклонился к моему уху и прошептал: – Я знаю, как сделать так, чтобы ты страстно желала отдать мне артефакт. Ты видела только часть моего прекрасного подвала, ведь кроме камер в нем имеются замечательно оборудованные пыточные. – По моей спине побежала дрожь. – Мне и доставать свои любимые инструменты не придется: ваши человеческие кости такие тонкие и хрупкие, что достаточно взять нежную ручку твоей прекрасной мамочки и начать ломать ей пальцы, один за другим. А может, и ломать не нужно: суставы так легко выходят из пазов, а главное – не менее болезненно, чем перелом, сначала локтевой, потом плечевой…

– Хватит! – я резко отшатнулась и пребольно ударилась затылком о стену, перед глазами вспыхнули искры.

– Я пока не начинал, – ир Марол был спокоен. И это спокойствие, с которым он говорил, только подтверждало: осуществить сказанное для него будет проще простого: ни моральных терзаний, ни удовольствия от чужой боли. Просто еще один шаг к цели, ни больше ни меньше. – Даже еще не дошел до твоего папочки. Он мужчина, а значит, с ним можно не осторожничать: раскаленные клещи, гвозди, иглы – это только самое банальное, известное тебе, а сколько еще неизвестных инструментов пыток. Все он, конечно, не выдержит, но у нас есть двое очаровательных мальчиков. Ребята так походят на своего отца, не находишь? А он так жесток с ними. Их жизнь и рождение оказались никому не нужны – наоборот, доставили массу проблем, и мне в том числе. Их смерть принесет только облегчение роду Навад. Других наследников у них, конечно, нет, но передавать имя столь никчемным выродкам как-то не по статусу.