Убрав волосы наверх, дабы не намочить, отрегулировала температуру воды и, жмурясь от удовольствия, встала под приятные теплые струи, щедро намыливаясь ароматным густым гелем. На водные процедуры в общей сложности у нее ушло около пятнадцати минут. Затем Синицына извлекла из компактного навесного шкафчика розовый махровый халат, идеально впитывающий влагу и, укутавшись в него, покинула свое временное убежище.

Родной кров встретил ее тишиной. Причем, абсолютной. Оглушающей.

«Как странно! Белова не ушла бы, не попрощавшись!»

— Лена?

Ответа не последовало. Под ложечкой неприятно заныло.

Быстрым шагом достигнув кухни, Ирина не обнаружила там ни подруги, ни признаков накрытого стола, ни даже грязной посуды.

«Возможно, Славику не понравилась еда и он ушел голодным?»

— Лена! — уже возмущенно. С нотками раздражения в голосе.

Начиная беспокоиться не на шутку, она побрела в зал в надежде застать подругу на балконе. Однако вместо нее обнаружила кое-кого другого.

На сей раз полностью одетого и застывшего в кресле в напряженной позе. Выражение лица Красницкого свидетельствовало о его глубокой задумчивости.

Да что там! Он и присутствие Ирины заметил далеко не сразу. Для этого Синицыной пришлось приблизиться на расстояние вытянутой руки и поинтересоваться:

— Почему ты все еще здесь?

Скользнув по ней странным взглядом, Вячеслав хмыкнул, умело уклоняясь от ответа:

— С легким паром!

— Спасибо… а где…

— В магазин ее отправил! Я пью только определенный сорт кофе!

Челюсть девушки чудом не оказалась на полу от изумления.

— Не может быть! — покосилась недоверчиво. — Ленка никогда не стала бы бегать перед тобой на задних лапках! Я уже не говорю о роли посыльного!

— Скажем так, — отозвался он глухо, — у меня есть на нее некоторые рычаги давления, которыми я с удовольствием пользуюсь при случае.

— Какие?

— Присядь-ка! — Слава жестом указал на широкий локотник кресла.

Не желая показаться конченой трусихой, Ирина выполнила его просьбу и притихла, точно кролик под парализующим взглядом удава.

— Зачем? — тихонько выдохнула, когда пауза затянулась. Видимо, зря.

Он перешел из состояния холодного спокойствия в состояние лютого бешенства так быстро, что девушка не успела толком среагировать, когда, стиснув подбородок точно стальными клещами, бывший одноклассник развернул ее лицо чуть левее, вынуждая смотреть в одну определенную точку.

А именно на стену, украшенную разнообразными картинами.

Картинами, среди которых выделялись содержанием только две рамки.

— Это что? — таким озлобленным Красницкого она видела впервые. Парень буквально побледнел от едва сдерживаемого гнева. — Что?"

"— Диплом и аттестат моей мамы! — выпалила Ира как на духу без задней мысли.