Подошла ещё на шаг ближе и коснулась его щеки.

Мелкой щетиной приятно кольнуло пальцы.

— Просыпайся, — сказала я ровным голосом, и только это заставило его, наконец, поднять голову, открыть глаза и посмотреть на меня абсолютно потерянным и убитым взглядом."

"Видимо, поняв, на кого он смотрит, дёрнул головой, избавляясь от моего прикосновения, моргнул и отвернулся в сторону. Стиснул челюсти, глубоко вдохнул и шумно сглотнул, прикрыв на мгновение глаза.

— Тебе снятся кошмары? Или лютая порнуха? — спросила я, когда убрала руку с его лица и отступила на шаг к выходу из ванной комнаты. — Просто ты так стонал.

— Не твоё дело, — обрубил он меня холодным, как лезвие, тоном. — Дай попить и не задавай лишних вопросов.

— Дедуль, — обозлилась я. — Надо брать, когда дают. Ты свой шанс на поесть и попить просрал, когда морщил жопу, отказываясь есть с моей руки. Так что теперь жди до следующего раза.

Повернулась и вышла из комнаты. Закрыла дверь и снова подперла ее стулом.

— Мудак, — выдохнула устало, снова устроившись на подушке.

Часы на тумбочке показывали, что поспать мне удалось меньше трёх часов. И теперь вряд ли получится уснуть вновь.

Глава 11. Луна

Час бездумного лежания и созерцания деревянного потолка не принес никаких результатов. Сон ушёл и его больше не вернешь, хотя организм настойчиво требовал отдыха. Ноющие мышцы, рана в боку, нервное покалывание в кончиках пальцев от холода оружия в руке, давящая боль в висках — всё это просто кричало о том, что мне нужно еще немного поспать после пережитого стресса. Но, похоже, победит кофе, край упаковки которого торчал из пакета с продуктами и манил насладиться его вкусом и запахом.

Старый добрый Штырь и здесь не подвел. Как всегда.

Перекатилась к краю постели, свесила ноги, коснувшись ступнями мягкого коврика, и прислушалась к звукам в ванной комнате. Дедуля, наверное, спит или тоже сидит и прислушивается к тому, что тут делаю я. По крайней мере, больше не стонет.

Взъерошила волосы и, встав с постели, прошла в импровизированную кухонную зону домика. Наполнила чайник и включила его. Пока шум заполнял пространство вокруг меня всматривалась в дверь, разделяющую меня и деда.

Он что-то задумал. Этот чувак с армейской выправкой, такой же стрижкой и бицепсами шире моего туловища уже давно мог бы парализовать меня одним даже не самым сильным своим ударом. Буквально мизинцем. Но вместо этого он продолжал сидеть в наручниках, которые для него тоже, скорее всего, не служили никаким препятствием, и он давно мог бы их сломать как детские браслетики.

Следовательно, он чего-то выжидает. Но чего? Того, что я покаюсь и сама вложу в его руку пистолет, а затем помогу приставить дуло к своему лбу, чтобы дедуле осталось только спустить курок?

Нет.