Мойсеенко при должности, у него все права. Рейнбот его поддержит.

– Вы сегодня открывайте дверь только своим.

– Боюсь, Алексей Николаевич. Вдруг выломают? Явятся с постановлением, оформленным надлежащим образом – как я им не открою? Это же сопротивление властям.

В результате Лыков отвез своего сотрудника к Запасову и поселил там. Дмитрий Иннокентьевич проживал на служебной квартире в здании Московского ЖПУЖД на Пречистенке. Четыре комнаты окнами во двор, часовой у входа… Подполковник охотно принял Стефанова под свою защиту. До облавы оставались еще сутки.

"

"Лыков вернулся в гостинцу и стал ждать. Он понимал, что его тоже в покое не оставят, и надо объясниться. Вскоре в номер постучали, и вошел городовой:

– Ваше высокоблагородие! Господин начальник сыскной полиции просит вас прибыть к нему. Срочно!

– Скажи господину Мойсеенко, что мне недосуг.

– Как так? – опешил служивый.

– А вот так. Дел много, не до него сейчас.

– Так и передать?

– Слово в слово. Добавь еще, что мое начальство в Петербурге сидит, здесь я никому не подчиняюсь, пусть не лезет.

Растерянный городовой удалился, но через час явился другой.

– Ваше высокоблагородие! Вас срочно вызывают его превосходительство московский градоначальник!

– Передай ему, что я занят и загляну как-нибудь на днях. Когда посвободнее буду.

– А… как же так? Хозяин Москвы зовет, это самое…

– Ступай, братец, не надоедай мне.

– Так, значит, и передать?

– Слово в слово.

Парень вышел, и тут же вошел Климович, помощник Рейнбота.

– Здравствуйте, Алексей Николаевич.

– Здравствуйте, Евгений Константинович. Вы что, под дверью дожидались?

– А что оставалось делать? – усмехнулся полковник.

 – Анатолий Анатольевич велел доставить вас любым способом.

– Да ну его к черту! Не пойду.

Климович сел без приглашения, согнал с лица улыбку:

– Алексей Николаевич, что происходит? Почему вы отказываетесь встретиться и с Мойсеенко, и даже с самим Рейнботом? У вас есть на это… особые причины?

– Вам скажу, Евгений Константинович, поскольку лично вас уважаю. Да, причины есть. Я прибыл сюда с секретным поручением…

– Секретным от градоначальника?

– …по приказу самого Столыпина. Вот мои полномочия.

 – Он протянул открытый лист, подписанный премьер-министром.

Климович прочитал вслух:

– Коллежский советник Лыков командирован в Москву и Московскую губернию с особым поручением… Всем исполнительным чиновникам надлежит беспрекословно выполнять его распоряжения, производимые в рамках ведущегося им дознания… Поясните, Алексей Николаевич, что все-таки за особое поручение? Вы ведь занимаетесь кражами на московском железнодорожном узле?

Лыков понял, что фон Коттен проговорился бывшему начальнику.