— Если ты ещё поиграешься вот с этой величиной, — подсвечивает в конструкции кусок вязи, — а еще вот с этим, — подсвечивает в конструкте кусок вязи, — то сможешь ещё и с размером и массой повеселиться.

Это, кстати, было бы интересным. Киваю.

— Но тут получается, что сильно зависит от магической силы. — уточняю очевидный момент.

— Конечно, всё зависит от магии, — хозяин лабиринта намекает мне на чуть другое качество магии, которая получается у меня внутри накопителей. — Да.

Соглашаюсь. Прикидываю необходимое время и ресурсы. На выходе у меня получается очень интересный вариант. Если работать с ускорением, неполный день, и прочесать магазины накопителей в городе, что уже делается, то может получиться интересное. Минск — город большой. Я думаю, что с накопителями и сплавом тут будет всё в порядке. Тем более что сплава мне необходимо будет уже меньше.

Усилием заставляю себя отложить этот опыт, чтобы он немного отлежался, принял более законченные рамки. Переключаюсь на дневник. А то я слишком увлекаюсь только одной стороной незаконченных дел. Но вроде времени хватит на все. И даже на сон.

Утро встречаю и выспавшимся, и с уверенностью, что подбираюсь к той самой защите от некромантов, что заинтересовала меня с самого начала. Просто есть чувство, что уже почти. Вот здесь.

С сожалением откладываю дневник. Снаружи точно наступает утро, и наверняка — уже позднее. Если бы не необходимость присутствовать на первом же совещании, может быть, я и продолжил бы работу. Но именно сегодня — нельзя.

Выхожу с Арены в свою комнату. И тут же ощущаю незнакомую сигнатуру у входа в корпус.

Глава 37

Вообще не удивляюсь новой сигнатуре. Это же воинская часть, любопытствующие просто должны быть — все же мы заняли чужой корпус, видно, что его освобождали в спешке, много «потерянных» вещей. Но нам не мешает. Так что почему нет? Наверняка окружающие озаботились узнать, кого принесло. Тем более в сотне метров — грузовой дирижабль, а по меркам этих кораблей — это совсем рядом."

"Не особо тороплюсь. Проснулся, и если бы не дневник, то все бы успел еще внутри пространства, но до последнего цеплялся к записям. Это хорошо отвлекало основной слой разума, пока другой безэмоционально считал. Все ж иметь двадцать точек внимания и не пользоваться этим просто странно. Только вот задач под второй слой давно не было, и загрузить его чем-то полезным доставляет особенное удовольствие. Особенно, учитывая, что расчеты по изменению конструкта я все же успеваю сделать к утру.

Так что весь утренний моцион прохожу вне Арены в своей комнате. Благо мне достается офицерское размещение, с душем и кабинетом, как, впрочем, и всем нам — в этом крыле на пятнадцать человек мы забираем как раз восемь офицерских «квартир».