Он считывал ее реакции, пытаясь понять, лжет ли она. В конце концов, он кивнул.

– Не вижу причин брать кого-то, кроме вас, – заключил он. – Ведь Бэйбери любит вас.

Она вздрогнула. Но если эта ложь сохранит ей жизнь и убережет слуг и Мару – что ж, она не станет спорить.

– А теперь мы с моими людьми совершим последние приготовления к отъезду.

Эвенвайс указал ей на дверь с куртуазным поклоном, будто приглашал на прогулку в карете по Гайд-парку. От такой перемены в настроении ее бросило в дрожь. Он очень, очень опасный человек.

И ей остается лишь надеяться, что удастся спастись от него прежде, чем она станет его жертвой.

Глава 20

Урок двадцатый

Твое тело – самое ценное, что у тебя есть. Береги его

Джастин соскочил с лошади еще до того, как она остановилась. Он был уже на середине лестницы, ведущей в дом, где находилась Виктория – Уиттинхем не отставал, – когда карета Шоу подкатила к крыльцу.

Он не стал дожидаться друга, ногой выбил входную дверь и ворвался в тихую переднюю. Никто из слуг не вышел на шум. Ни один голос не прорезал тишину дома.

Его сердце упало.

– Виктория! – крикнул он в пустоту, отчаянно стараясь сдержать приступ паники. – Виктория!

Уиттинхем обошел его:

– Я проверю наверху!

В дом вбежал Шоу. Недоумение отпечаталось на его лице.

– Что, черт возьми, происходит? – спросил он. – Слуга, которого ты послал за мной, ничего не смог толком объяснить.

Джастин мельком взглянул на друга:

– Он наверняка рассказал тебе все, что знал, – другое дело, что известно ему не много. Виктория может быть в руках Эвенвайса.

От этих слов, произнесенных вслух, у него скрутило живот, и желчь подкатила к горлу.

– Что?! – потрясенно воскликнул Шоу.

– Позже объясню! Просто помоги мне в поиске.

Если Шоу и нуждался в более детальной информации, он не подал виду – только хлопнул друга по плечу и направился к задним комнатам. Джастин распахнул несколько дверей прямо по коридору, заглядывая в столовые, библиотеки и гостиные. Кое-где валялась перевернутая или разбитая мебель, но людей он нигде не находил."

"Досада, перемешанная со страхом, почти достигла пика, когда из задней гостиной он услышал невнятные звуки. С бешено бьющимся сердцем он бросился туда и распахнул дверь. Увидев, что творится внутри, он остолбенел.

На стуле в центре комнаты сидела Мара Фарнсуэрт – со связанными за спиной руками и кляпом во рту. Их взгляды встретились, и она издала сдавленный крик.

Оправившись от потрясения, Джастин метнулся к ней и вынул кляп.

– Все хорошо. Где Виктория? – Он вытащил нож из-за голенища и перерезал веревки, которыми ее связали.

Мара не ответила – она просто таращилась на него и дрожала как осиновый лист.