Сергей перехватил руку, заломил ее и дернул вперед, заставляя грузчика потерять равновесие. Тот сделал шаг, припадая на колено, и тут же сапог Травина врезался ему в челюсть, чуть пониже виска. Раздался хруст, вскрик, и вторая рука освободилась.

Бородатый заревел, словно медведь, и кинулся на Сергея, пытаясь сбить с ног. Травин старался не упустить из виду худого, тот был неприятно спокоен и передвигался так, чтобы все время оказаться вне поля зрения, так что нападение это почти пропустил. Они с бородатым покатились по земле, собирая пыль, грязь и конский навоз, мужик попытался сжать его, переломать ребра, но понял, что Травин тоже не дрищ какой, и вцепился ему в горло.

Сергей в этот момент лежал на боку, чуть придавливая бородатого, для размаха места не было, поэтому он локтем врезал ему в бок. Толстая ватная фуфайка немного смягчила удар, но с таким же успехом Травин мог колотить по каменной стене, бородатый словно ничего не почувствовал. Перед глазами поплыли темные пятна — кислород практически перестал поступать в мозг. Сергей забросил руки назад, к шее, нащупал ладони мужика и сломал ему мизинцы, а потом безымянные пальцы. И средние. Раздался громкий треск, как будто ломали доски. Бородатый от боли неожиданно тонко запищал, отодвинулся, и тут уж Сергей двинул ему локтем в горло. Раздавленный хрящ хрустнул, прервав писк, бородатый закашлялся, нехорошо так, с одышкой, и обмяк.

Худой стоял, держа в руке револьвер.

— Переполошишь всех, — Травин вскочил на ноги, походя пнул одного из грузчиков — тот пытался подняться. Пелена от глаз быстро отступала. — Сбегутся на выстрел, не успеешь утечь.

— Согласен, — худой сунул револьвер обратно в карман, вытащил нож. — Сделаем это тихо. Прыткий ты, товарищ барин, где так драться научился?

Видимо, он ожидал, что Сергей ответит, и прыгнул вперед. Но Травин таких штучек навидался, заговорить зубы и зарезать, это у бандитов первое дело. Так что он чуть согнул ноги и качнулся в сторону. Нож пропорол рубаху, Сергей попытался перехватить руку, но худой был юрким и проворным. Он отпрыгнул, перекатился и полоснул Травина по ноге.

Сергей зашипел — рана была неглубокой, только штанину ему худой разрезал и чуть по мышце попал, но кровь теперь заливала сапог. Противник тем временем переместился поближе, и постарался ударить Травина в горло. Но разница в росте была слишком большой, расчет худого строился на том, что рука с ножом, распрямляясь, становится твердой, получая опору, и в то же время гибкой в кисти, от такого удара уйти трудно, лезвие входит снизу в подбородок с выкрутом и, пройдя через мягкие ткани, проникает в мозг."

"Травин качнул головой в сторону, пропуская лезвие между шеей и подбородком, и попытался зажать ладонь, придавив голову вперед.