Если честно, повальное увлечение селфи лишь отпугнет некоторых наших покровителей.

– Ах, – кивает миссис Кендрик. – Вполне. Вполне. Интересная точка зрения. – Она умолкает, и взгляд ее становится еще более тревожным. – Сильви, могу я тебя спросить, – она опускается до шепота, – что такое «селфи»? Я везде слышу это слово, но никогда не понимала, что оно значит. У Роберта я спросить не могла, ты же понимаешь…

Бог мой. Закусываю губу, представляя бедняжку миссис Кендрик за завтраком: Роберт что-то деловито вещает ей о дне селфи, а она даже не понимает, что это такое.

– Селфи – это такая фотография. Автопортрет, – добродушно рассказываю я. – Когда ты фотографируешь сам себя где-то в основном на телефон.

Не уверена, что миссис Кендрик сможет до конца понять. В ее мире телефон – это аппарат на тумбочке с трубкой и проводом-макарониной. Она медленно покидает офис, должно быть, чтобы уныло пожевать печенье от Tesco Value, которое мы теперь покупаем. Я же набираю новую подрисуночную надпись.

Веер с перьями…

Пока печатаю, во мне борются противоречивые чувства. Конечно, я до сих пор «крайне не одобряю» поведение Роберта, который втоптал наш тесный уютный мирок в грязь и довел свою тетю. Но с другой стороны, если он предлагает нам провести День музейного селфи, может, он вовсе не собирается закрывать нас ради многоквартирного дома? Может, он и вправду хочет нам помочь?

И стоит ли нам участвовать в Дне музейного селфи?

Так и вижу, как наши пожилые меценаты в париках пытаются сделать селфи, держа сморщенными ручками смартфоны. Я прекрасно понимаю, с чего у Роберта возникло такое предложение, но неужели он не уловил атмосферу нашего музея? Неужели не видел, кто в основном к нам приходит?

Тем не менее вывожу: «День музейного селфи?», на клейком листочке для заметок и вздыхаю. Это довольно дальновидная идея, которая привела бы меня в восторг в то время, когда я только начинала работать в Уиллоуби-хаус. Если честно, я в свое свободное время разрабатывала целую цифровую стратегию. Я откопала свою писанину вчера вечером, чтобы посмотреть, есть ли там что-нибудь полезное для нас. Меня поразило, насколько средневековой теперь кажется моя стратегия. Там были ссылки на веб-сайты, которые больше не существуют.

Миссис Кендрик в свое время встретила эту стратегию своим обычным «Не думаю, милочка, что нам это нужно». Она никогда не использовала мои идеи. Уиллоуби-хаус жил по своим собственным милым, причудливым законам. И все было хорошо. Мы были счастливы. Разве не может быть в мире хотя бы одного места, которое не похоже на все остальные?

С очередным вздохом проверяю себя по заметкам, которые составил для нас любимый специалист миссис Кендрик. Вот только про этот веер он ничего больше не написал.