И тут Ника спохватилась, чуть не забыла о главном.

— Надо объявить про турнир! — прошипела шепотом.

— Зови герольда, — прошелестела в ответ старуха."

"Герольд уже шел в центр зала, объявлять закрытие, но она окликнула его, а потом они вдвоем на пальцах стали объяснять. Пожилой мужчина оказался понятливым, он кивнул и пошел объявлять волю королевы. Вот все-таки, что значит профессионал! В его исполнении объявление о турнире обросло цветистыми деталями и звучало весьма строго и внушительно. Минус заключался в том, что для гостей придется накрывать столы. Но был и плюс, королеве на пиру вовсе не обязательно присутствовать.

Получалось, этот неимоверно длинный и тяжелый день был окончен?

Даже не верилось.

***

Уходя из зала, Ника снова наткнулась в холле на тех самых молодых женщин. Кого-то они здесь ждали, но точно не ее. Опять эти неприязненные взгляды из-под ресниц. Похоже, пришло время кое-что о бывших пассиях выяснить, но начать следовало с дорогой подружки.

Она повернулась к Тирсии и проговорила:

— Расскажи мне о Таналь.

глава 67

Старуха перевела на нее взгляд и молча кивнула. Понятно, что такие разговоры лучше вести за закрытыми дверьми. Настроение у Ники было и так никуда не годное, а тут еще больше испортилось.

Коридоры замка опять казались бесконечными, и она уже начала изнывать от желания поскорее очутиться в своих покоях и содрать с себя это платье. Но пока шли, Ника все-таки спросила Тирсию о том, что заинтересовало ее, а потом как-то подзабылось.

— Почему герольд называет только мое имя? Ты ведь была королевой гораздо раньше меня?

— Потому что королева бывает только одна. Только к одной ведьме может быть привязана сила земли, — ответила та.

Истинный смысл как-то терялся между словами. Она покосилась на Тирсию, по непроницаемому лицу старухи сейчас ничего нельзя было понять. Ника подумала, что вернется к этому позже. Тем более что они практически пришли.

***

Как только двери покоев за ними закрылись, из Ники как будто стержень вытащили. Хотелось упасть и уставиться потолок. Но сначала надо было снять платье, сковывавшее ее как панцирь. И волосы распустить тоже, от шпилек стянуло кожу на голове. Девушки быстро переодели Нику и помогли с прической. А потом Тирсия отправила обеих.

— Можете быть свободны. Поешьте и отдохните, послушайте, что говорится. Утром придете.

Двери за девушками закрылась. Тирсия как-то по особенному щелкнула пальцами, искра побежала по периметру и погасла.

— Ну вот, можем говорить, теперь нас никто не услышит. Но сначала давай хорошенько поедим.

Ника каждый раз поражалась тому, как легко и непринужденно эта женщина могла переключаться с одной темы на другую. И да, поесть не мешало. А вопросы можно задавать во время еды.