Видимо, у нее в крови сидело привычное почтение к силовым ведомствам, и строка Маяковского «моя милиция меня бережет» не казалась ей пустым звуком.

Во всяком случае, Нинель Васильевна открыла дверь, прежде чем успела вспомнить, что уборщица Галя рассказывала о бандитах, которые вот так же, под видом милиции, проникли в квартиру ее сватьи и вынесли оттуда буквально все – вплоть до пачки хорошего чаю, чайного ситечка и упаковки туалетной бумаги.

К счастью, трое гостей действительно оказались милиционерами.

Они позволили Нинели Васильевне тщательно изучить свои документы, более того – разговаривали с ней весьма вежливо.

Самое же приятное – они расспрашивали ее о богатом соседе Викторе Бегунове, и из их расспросов Нинель Васильевна поняла, что соседа разыскивают в связи с каким-то серьезным преступлением.

– Я всегда знала, что он преступник! Вор и бандит… – выпалила она по привычке, прежде чем обдумала свои слова.

– Почему вы так думали? – заинтересованно спросил ее старший из милиционеров.

– Потому что на лоджии у него буквально ни цветочка не посажено, – ляпнула Нинель Васильевна, сама чувствуя, что это звучит как-то неубедительно. – И вообще, он богатый, – добавила она. – А раз богатый – однозначно преступник…

Милиционеры переглянулись, и старший из них проговорил:

– Спасибо вам за ценную информацию! А вот вы нам скажите, Нинель Васильевна, когда вы своего соседа последний раз видели?

– Позавчера, – моментально сообщила Нинель.

 – Как вечером ушел, так уже и не появлялся. Мимо меня незаметно не пройдешь, я все слышу, что на этаже происходит!

Она не добавила, что, когда слышала в тамбуре какое-нибудь движение, непременно выглядывала в дверной глазок, чтобы быть в курсе текущих событий. Впрочем, милиционеры, кажется, и сами об этом догадались."

"– Тогда, Нинель Васильевна, у нас будет к вам просьба, – продолжил главный милиционер.

 – Если ваш сосед Виктор Бегунов вернется домой – вы нам сразу же сигнализируйте по этому телефону. – И он протянул бдительной пенсионерке картонный квадратик с отпечатанным на нем семизначным номером.

– Всенепременно! – выпалила Нинель Васильевна. Это старорежимное слово как-то само собой всплыло в ее сознании и оказалось как нельзя более подходящим к сегодняшней ситуации.