Но я очень боялась, что вы будете как мама, говорить только о вечеринках и моде. А я это не люблю. У меня совсем другой характер.

–Я тоже не люблю вечеринки, – подмигнула ей.

–Это здорово!

–И книжки по психологии тоже часто читаю, но мне было бы интересно услышать, что узнала ты, так как тебя учили в Америке, а меня здесь.

–Ой, конечно! Я все-все расскажу! И книжками поделюсь! Еще лучше! Знаю, стойте! Скоро будет семинар по психологии в Чикаго, я умоляла папу отправить меня туда, но без взрослых там не пускают. Может быть вы поедете со мной?

–Ну, если папа не против, и, надо спросить разрешение у Вовы.

–А, точно! Я знаю! Вова – это ваш сын! А когда мы с ним познакомимся?

Голова немного пошла кругом от бесчисленных вопросов Маши. Ее жизнерадостность и любопытство сбивало с ног.

Кстати, о сыне. Сейчас, конечно, очень рано, но надо позвонить домой, узнать как они там с мамой и заодно отчитаться, что со мной все впорядке. А-то, вообще-то, я обещала вчера вернуться, но кто знал, что все вот так вот случится.

-Девочки, Виктор Станиславович приехал. Спускайтесь, я накрыла на стол! – пригласила мама Шарова, заглянув в комнату внучки.

–Сейчас, бабуль, еще секунду.

Маша закрыла дверь и подошла ко мне.

–Мария, пожалуйста, не обижайте отца. Он… он очень хороший. Он очень сильно вас любит. Только он говорить об этом не умеет. Папа когда уезжал в Россию, рассказал мне по большому секрету, зачем едет, потому, что я его давно уже мучила вопросами. И я не проболталась! Они с мамой никогда не любили друг друга. Только ссорились. Знаете, мы в Америке учимся понимать, что замужество не навсегда, люди могут разонравиться друг другу, и всем будет легче, если они разойдутся. Папа долго ждал, – девочка доверительно положила свою ручку мне на левое запястье.

–Маша, я постараюсь, но все зависит не только от меня.

–Я понимаю, – серьезно кивнула девочка, действительно, почти как настоящий психотерапевт.

В столовой нас уже ждали все Шаровы. Папа оказался таким же радушным человеком. А Устина Карловна расстаралась – накрыла на стол почти как на праздник. Все весело болтали и с любопытством разглядывали меня. Адам сидел рядом. Его колено касалось моего, а рука очень часто ложилась на мое плечо. Утреннее солнышко светило в окно – идиллия. Настоящая семья, только Вовки не хватает! Кстати. Я оглянулась и поискала взглядом свою сумочку. Это не укрылось от наблюдательной Устины Карловны:

–Ой, Машенька, совсем забыла сказать, твой мобильный все утро звонит, но я уж не стала тебя тревожить, пока вы там все разговаривали. Он на кухне, в сумочке, поди, посмотри. А-то, может, что-то важное.

Я извинилась и поспешила в указанном направлении. Боже! Двадцать пропущенных от мамы. Быстро набрала номер.