— Спасибо, — благодарю и поворачиваюсь к Юле. — Подождешь меня?

— Это уместно? — Котова, как и я сама, немного прибита такой теплой встречей, потому понижает голос и оглядывается.

— Вы можете расположиться в зоне ожидания, — Ирина не скрывает, что слышит нас, и указывает в нишу слева, — диван и кресла в Вашем распоряжении. Кофе и журналы принесу через пару минут.

— Спасибо, — моя подруга благодарить секретаря, а потом шепчет мне на ухо. — Я подожду, чтобы убедиться, что у тебя все хорошо, но потом уйду. Чувствую себя здесь инопланетной Золушкой.

— Договорились, — подмигиваю и, больше не медля, отправляюсь к мужу.

Переговорная выглядит именно так, как я ее представляю. Огромная квадратная комната с полностью стеклянными стенами. По центру несколько сдвинутых столов образуют букву «О», как и больше десятка кожаных кресел. Стена, вдоль которой я прохожу закрыта опущенными жалюзи, а дверь в помещение открыта, потому слышу собеседников раньше, чем их вижу.

— Алекс, — голос Карины с плохо скрываемыми капризными нотками я узнаю моментально, — почему я должна работать с Богачевским, а не с тобой напрямую? Ты же знаешь, как я не люблю твоего заместителя.

— Наверное, потому, что я так решил, — ответ звучит ровно и практически безэмоционально.

— Но всегда было по-другому. Ты и я… — Цикал добавляет томности, а я притормаживаю, не зная, прерывать беседу или ждать.

Подслушивать, говорят, вредно, можно узнать о себе много неприятного. Но, женское любопытство, оно такое… неискоренимое…

— Мы бессмысленно теряем время, — обрывает Алекс, — свое решение я не изменю. Хочешь здесь работать дальше, подчиняешься требованиям, как и все.

— Я не все, — а вот и недовольство из принцессы полезло. — Я близкий тебе человек, а ты равняешь меня не пойми с кем.

— Не путай, пожалуйста, мне близок Давид. Именно С НИМ я дружу с детства, — голос мужа все еще ровен, но холодок уже просачивается.

— Да, но ты был МОИМ женихом!

— Временно. Только чтобы помочь тебе выбраться из щекотливой ситуации.

Ого! Сюрприз-сюрприз.

Хочу все же их видеть, потому дохожу до открытой двери и останавливаюсь в проходе, обозначая свое присутствие. Услышанного мне достаточно.

Однако, ушлая девица, даже заметив меня, не отступает. Наоборот, подходит к моему мужу ближе и слегка прогибается, упираясь руками в стол:

— Алекс, нам же было хорошо вместе. Не отрицай, дорогой, — в девичьем голосе разливается бархатная нега и томность.

Цикал открыто провоцирует и меня, и Гроссо, следя за реакцией обоих. Только я молчу, никак не реагируя на концерт. Просто с любопытством наблюдаю.

Мне не интересна ее хитрожопая игра, важен супруг. А вот он, пусть о моем присутствии у себя за спиной и не догадывается, однако, тоже не торопится обнимать и лапать Карину.