— Мне нужно будет идти с тобой на это мероприятие? — делаю вывод, когда вместо того, чтобы спуститься вниз, Алекс предлагает подняться на эскалаторе на третий этаж.

— Да, Сонь, я хочу, чтобы ты пошла туда со мной, — соглашается мужчина и уверенно заводит меня в один из тех бутиков с дорогой брендовой одеждой, которые я всегда обходила стороной.

Неимоверно бешенные цены надежно отбивали у меня желание даже мельком глядеть в сторону предлагаемого ими ассортимента. И даже огромные скидки, о которых кричали наклеенные повсюду баннеры, ситуацию не меняли.

А теперь вот приходится.

— Но… — открываю рот, чтобы озвучить тысячу и одну причину для отказа.

— Я помню твою нелюбовь к шумным сборищам, поэтому обещаю быть всегда рядом, не переживай, — Гроссо невесомо скользит ладонью по моему предплечью вниз, а потом переплетает пальцы наших рук, словно ставит печать на своё слово.

— Фух, ладно, — киваю с уверенностью, которой совершенно не ощущаю, и позволяю консультантам, вышедшим нам навстречу с широкими улыбками, предложить подходящие, по их мнению, модели вечерних платьев.

Чего уж точно не ожидаю, так это того, что Алекс, удобно устроившись на кремовом кожаном диване, будет тоже участвовать в показе, внимательно оценивая товар, а не уткнется носом в свой телефон, чтобы продолжить работу, которая никогда у него не заканчивается.

И всё же подходящее платье я выбираю сама.

Темно-синее, длинное, с широкой пышной юбкой и аккуратным лифом на широких лямках. Фишкой этого шедевра оказывается практически голая спина, прикрытая лишь тонким темно-синим кружевом. Чтобы дополнить образ расторопная девушка с бейджиком «Ангелина», уточнив мой размер обуви, на несколько минут исчезает в бутике напротив и приносит оттуда не только очень удобные лодочки на устойчивом каблучке и с открытыми мысками, но и идеально подобранный к ним клатч.

— Берем, — коротко выдает Гроссо, протягивая банковскую карту одной из улыбающихся продавщиц, когда я медленно поворачиваюсь к нему спиной, позволяя рассмотреть то, за что он сейчас отваливает кругленькую сумму.

И если для всех присутствующих он остается расслабленным и спокойным, то по чуть острее проступившим скулам, легкому прищуру глаз, в которых будто искры вспыхивают, и быстрому движению кадыка я понимаю, что мое преображение не оставило его равнодушным.

— Теперь точно тебя одну не оставлю ни на минуту, — отвечает Алекс в машине, когда я все же решаю проверить своё мнение.

А в следующую минуту целует. Жадно и настойчиво. И мне становиться абсолютно безразличны все мысли, что еще минуту назад крутились в голове.

* * *Домой возвращаемся в начале шестого.