Та ловко вынула откуда-то театральный бинокль? крутанула его, раскладывая, и приложила к глазам.

— Павел Филиппович, — повторила она недовольно и утонила, — а не слишком ли вы молоды для того, чтобы быть адвокатом?

— Мой куратор уверен, что я могу работать, — мягко сообщил я.

— Кто ваш куратор? Дайте мне его номер.

Я терпеливо продиктовал контакт адвокатской палаты, и женщина исчезла в окне. Послышалось звяканье старого телефонного аппарата, которое раздается обычно при прокручивании диска.

— Пс, — раздалось откуда-то сверху, и я поднял голову.

На балконе второго этажа на четвереньках стояла сухая старушка и воровато поглядывала на окно, в котором исчезла вахтерша.

— Не связывайтесь с этой мымрой, молодой человек, — просипела она и прижала к губам указательный палец, призывая меня к тишине. — Она страшный человек. У нее даже ружье есть.

— Серьезно? — спросил я.

— Эта мадама нас всех уже достала. Весь дом в страхе держит. Когда-то мы с соседями даже предлагали ей съехать, хотели заплатить ей за комнаты. Но она не желает…

Старушка вновь замерла, прислушиваясь к голосу вахтерши. Та как раз дозвонилась до палаты адвокатов и требовала сообщить ей данные сотрудника Чехова.

— Ей нравится хозяйничать тут и наводить ужас на всех. Отсюда уже съехали почти все жильцы. Осталась лишь я и Дуняша, которая занимает квартирку на третьем этаже. Нам некуда съехать. А в богадельню не хочется. Там ведь…

В этот момент голос Ромской стихи, старушка со второго этажа ловко шмыгнула в открытую дверь своей квартиры. Только занавеска качнулась.

— Чехов, значит, — прокаркала Мира и недовольно окинула взглядом двор, а потом она резко наполовину высунулась из окна, осматривая верхние этажи.

— Мы можем поговорить? — спросил я как можно миролюбивее.

— Не уверена, что от этого мне будет какой-то прок. Адвокатишки, по моему глубокому убеждению, вредные людишки, которые пользы никакой не приносят.

— Не стану с вами спорить.

— Зачем тогда приперлись, господин адвокат? — женщина скривилась, словно ей пришлось откусить лимон. Не дождавшись ответа, она махнула рукой и скрылась в недрах своих апартаментов.

Послышался щелчок замка и входная дверь поддалась, когда я потянул ее на себя. В парадной тотчас вспыхнул скудный свет. Лампочка была заключена в решетку и закрыта на крохотный замочек. Ряды почтовых ящиков были серого цвета и каждый из них был заперт на уже знакомый маленький замочек. У лестницы стоял старый велосипед, выкрашенный в красный цвет, который крепился к перилам цепью и очередным замком.

— Я вас ожидаю, — послышалось из темноты. — Вы приглядываете, что стащить?

— Искупитель с вами, — отозвался я и направился на голос.

При моем приближении лампа у входа вспыхнула, освещая хозяйку квартиры.