Не поделили мы с ней кое-что.

– Что?

– Императора.

– О-о-о, – только и смогла произнести я.

– Быть официальной фавориткой Императора опасно. Особенно когда его жена не понимает правил и норм этики, – процедила Зуна, и в чёрных глаза мелькнул опасный огонёк. Женщина явно не смирилась со своей участью и мечтала отомстить.

Хм, видимо, у нас какие-то странные понятия об этике. Потому что я любовницу супруга бы тоже невзлюбила.

– Лей, – с нажимом повторил Ромка. – Ты хоть что-нибудь мне скажешь? Я же ничего не понимаю.

А ведь точно. Надо с этим разобраться.

– А с ним можно что-нибудь сделать? Чтобы Роман понимал нас.

Зуна внимательно осмотрела Калинина и неожиданно кивнула.

– Понимать сможет, а вот говорить – вряд ли. Не хватит у меня силы, и то придётся занимать у Матти. Такой вариант устроит?

– Да.

В данной ситуации и это будет счастьем.

– Так. А где Матти? – Зуна встала с лавки и нахмурилась. – Его только за смертью посылать. Я же сказала, гости у меня, на стол накрывай, а он… Совсем расслабился за эти годы. Матти! Матти!

А дальше начало происходить просто невероятное.

Всё пространство и предметы неожиданно засияли мягким светом.

– Аверина, что происходит? – поинтересовался он, беря меня за руку.

– Не знаю, – лихорадочно осматриваясь, ответила ему.

Это было как в сказке или волшебном фильме. Всё вокруг покрылось мягким свечением и меняло форму. Домик вырастал прямо на глазах, комната расширялась, а потолок взмыл вверх. Я не успевала уследить за этими изменениями, слишком много их было. Куда ни глянь – везде что-то новое.

– Вот это да, – прошептал Ромка. – Это же настоящий мрамор и колонны.

А также хрустальная люстра, мягкие диваны с резными ножками.

– Вот тебе и избушка на курьих ножках, – пробормотала я, когда сияние стало спадать, а с ним и трансформация окружающих предметов.

Комната стала раз в пять больше, шире и просторнее. Блестящий пол из светлого мрамора, небольшие колонны по углам, мягкая мебель, пастельного цвета обои с мелкими цветочками. У окна письменный стол и шкаф, доверху набитый старинными книгами. Всегда любила читать.

– Почти как в Лувре, – оценил изменения Калинин.

– Не знаю, я там не была.

– А я был. Невероятно. Это всё настоящее?

– Не знаю, – пожала плечами я и, сделав два шага вперёд, коснулась комода насыщенного винного цвета. Прохладный и гладкий… А ещё реальный. – Но похоже на то.

– Нравится? – Зуна сияла от счастья.

Новая обстановка невероятно ей шла.

– Это вы сделали?

– Нет, у меня же почти нет сил. Матти – это его стихия и магия. Где же ты, мой хороший?

Домовой в ту же секунду возник пред нами и чинно поклонился.

– Стол накрыт, хозяюшка, извольте откушать.

– Спасибо, мой хороший.