Это семейная реликвия, — отказываю категорично.

— Оно лежит и пылью покрывается, — бабуля прикуривает и выдыхает дым мне в лицо. — А так хоть работать будет.

— Эти деньги закончатся — мы и глазом моргнуть не успеем. Тем более на все драгоценности нет документов, мы не получим за них много.

— Что делать-то теперь будешь? — спрашивает бабушка участливо.

— На работу поеду, ба, — пожимаю плечами.

Каким-то чудесным образом на меня вышли парочка клиентов, которые хотят обучаться на дому. Поэтому теперь мне приходится ездить по всему городу, чтобы заработать хоть что-то.

С того момента, как меня уволили, прошло две недели. Каждый день я планирую, как найду Никиту и выскажу все, что о нем думаю. Через старых знакомых я даже нашла компанию, в которой он работает. Но вот что делать дальше — вопрос.

В перерывах между клиентами забегаю в кофейню, чтобы выпить кофе и хоть немного согреться. Полусапожки совсем прохудились и больше не греют, хорошо хоть не пропускают воду.

В кофейне замечаю старого знакомого.

— Здравствуй, Волков, — сажусь напротив него.

Когда-то мы учились на одном факультете, но на разных курсах.

— Привет, Разина, — вымученно улыбается.

— Чего морда такая недовольная?

— Слушай! Ты же у нас обитаешь в светских тусовках?

Распахиваю шокированно глаза. Это было-то когда? Десятилетие назад?

— Вспомнила бабка, как девкой была! Ну ты даешь, Волков! — улыбаюсь. — Я давно не посещаю эти ярмарки тщеславия.

— Ясно, — глаза его гаснут.

— А что надо?

— На днях у одной фирмы будет вечеринка. Нужно попасть туда.

— Что за фирма? — отпиваю кофе.

— AMA Group, знаешь?

Кофе попадает не в то горло, и я начинаю кашлять. Надо же. Как тесен мир.

— Знаешь, — кивает довольно Рома.

Закусываю губу. Это было бы идеально. У меня есть знакомая, которая может достать проход в любое место. Я должна поговорить с Никитой и высказать ему все.

— Я могу достать билеты на эту вечеринку, но при одном условии, — отвечаю.

— Каком?

— Я пойду с тобой. Мне нужен будет тыл. Есть в этой фирме один человечек, которому хочется взглянуть в глаза.

К вечеру готовлюсь с усердием. Надеваю старое платье из разряда «дорогая и нестареющая классика», распускаю волной волосы.

— Ну хоть украшения надень, — заходит в спальню бабуля и окидывает меня придирчиво.

Черное приталенное платье дополняют винтажные серьги и колье. Надеваю классические лодочки с убийственным каблуком. Умело делаю вечерний макияж.

В отражении какая-то старая, забытая я.

Сейчас я совсем не такая, серая и поникшая. А в зеркале уверенная и гордая красотка.

— Мать, ты решила пойти в охоту на банкира? — подходит сзади Алекс.

— На президента, — смеюсь.

Сын рассматривает меня внимательно:

— Украдут.

— Да брось, — отмахиваюсь, разворачиваюсь и целую Алекса в нос.