Света ему очень доверяет, так почему я сомневаюсь? Из-за жены? Ну бывает… переспали и разошлись в разные стороны. Не обязательно же… черт, если я решу рассказать ему правду, придется признаваться, что помню все. И нашу жаркую ночь, и его жену. Сил выяснять отношения нет никаких. Но есть ли выбор? Что ж все так сложно-то?

Надо было рассказать правду этому Максу, тогда бы и не пришлось сейчас придумывать, как и рыбку съесть, и косточкой не подавиться. Вот дура. Он же полицейский. Ну и что, что похож на бандита? Все они такие. Наверное. Может, попробовать найти его номер? У Алексея попросить на крайний случай.

Только зачем он мне, если телефона нет? Борис еще задержан, наговорит невесть что, потом не отмоешься.

Дверь резко распахивается, а я вздрагиваю всем телом от неожиданности, но даже не успеваю испугаться, как вижу перед собой Макса. Кажется, он очень зол, грудь тяжело вздымается, а глаза опасно пылают.

— Что случилось? — с недоумением смотрю на него и едва сдерживаю желание отодвинуться подальше.

— Это он?

Макс поворачивает ко мне экран своего смартфона, на котором крупным планом изображен Дамир. Точнее, его профиль, но я без труда узнаю обидчика.

Ошибиться просто невозможно. Даже мурашки колючие ползут по спине.

— Д-да, — заикаюсь невольно и закусываю до боли щеку, чтобы прийти в себя.

— Ты знаешь кто это? — Под его испепеляющим взглядом чувствую себя маленькой девочкой.

Нервно сглатываю, но не могу вымолвить ни слова. Язык словно распух и прилип к небу.

— Полина, шутки кончились, — строго предупреждает он. — Все очень серьезно, и твое молчание может стоить слишком дорого.

Я все понимаю. Глубоко втягиваю воздух и выдыхаю. Сжимаю кулаки и буквально заставляю себя начать говорить.

— Я не знаю, кто он… — выдавливаю из себя. — Его зовут Дамир. Мой брат должен ему денег. Проиграл, наверное…

Макс удовлетворенно кивает и что-то записывает в телефон.

— А ты при чем?

Если бы я знала. Сама задаюсь этим вопросом, но ответов нет. Меня просто решили использовать как разменную монету.

— У меня есть дом. Наследство от родителей. Борис наговорил, что его можно очень хорошо продать…

С трудом собираю мысли в кучу и очень надеюсь, что весь этот криминал не плод моего больного воображения. Но Дамир-то реальный.

— А это правда?

— Да, мне предлагали большую сумму… Хотели строить что-то на этом месте…

Макс еще что-то записывает, затем хмурится и смотрит на меня исподлобья.

— В общем, он хочет этот дом, а ты не хочешь отдавать?

Мне кажется, это логично. Иначе я бы давно отдала и не находилась здесь.

— Конечно нет, — усмехаюсь и складываю руки на груди.

— А та авария? — уточняет Макс. — Водитель каким боком в этой схеме?

Напрягаюсь, заставляя мозг со скрипом работать, и выстраиваю все события в нужном порядке.