Подушечками пальцев давлю на клитор, размазываю по складкам влагу, опять возвращаюсь к чувственному бугорку, подбираю интенсивность, от которой бедра Златки ходят ходуном. Она сама их раздвинула, а теперь подставляется под каждое легкое нажатие. Я сам сейчас взорвусь. Бля…

Она выгибается мостиком над постелью, стонет так, что я теряю все ориентиры в пространстве, ловит пересохшими губами воздух, глаза закрыты. Это нереально ох***ая картина. На ее оргазмы я готов смотреть вечно. Что там говорят, на огонь и воду можно смотреть вечно – нет, а на то, как Златка кончает – да.

Провожу перемазанными ее влагой пальцами по соскам, а потом всасываю их по очереди в рот. Златку вырубает, она не видит, как меня всего кроет от ее вкуса, от запаха, от нее самой. У меня тело от перенапряжения дрожит, яйца готовы взорваться, а член почти продырявил штаны. Кулак мне в помощь, бля!

Злата

Проснулась я рядом с Макаром, развалившись на своей стороне звездочкой, он крепко спал. Перед глазами вчерашняя ночь в подробностях. Я вчера просто провалилась в сон, мой организм избавил меня он смущения. Макар красивый, особенно когда улыбается. У него нет мягких черт лица – жесткие, волевые, хищные, но мне все нравится. Хочется исследовать его лицо, тренированное идеальное тело, но я боюсь его разбудить. Наверное, я не готова к совместному пробуждению, буду чувствовать себя неловко.

Помню, как ночью Кайсынов пытался сграбастать меня в свои объятия несколько раз, а я ускользала, потому что непривычно. Наверное, под утро Макар сдался, пусть спит. Выскальзываю из постели, тихо спускаюсь на первый этаж, там принимаю душ и чищу зубы.

Кухня оборудована всем необходимым, нахожу даже вафельницу. В холодильнике полно продуктов, есть даже контейнер со свежими ягодами, в шкафах нахожу крупы и муку. Замешиваю тесто на вафли, варю кашу. Я знаю, что Макар любит овощи, мясо, рыбу, в холодильнике полно контейнеров, но мне хочется чего-то сладкого, поэтому готовлю вафли с перетертыми ягодами.

— М-м-м, пахнет вкусно, — он подходит почти бесшумно, кладет руки на столешницу по обе стороны от меня. Горячее тело прижимается к моей спине, дыхание шевелит волоски у виска. — Почему сбежала?

— Я не сбегала, я здесь, — внутри все мелко дрожит, Макар почти ничего не делает, а у меня каждый нерв натянут.

— Вчера ты слишком быстро уснула, забыл отдать, — мои щеки при этом упоминании обдает жаром. Целует в затылок, убирает в сторону волосы и надевает на шею тонкую цепочку из белого золота с кулоном в виде заглавной буквы моего имени, усеянной бриллиантами.

— Макар… это очень дорого, — мне никогда парни не дарили драгоценностей, я не умею принимать такие подарки.

— Злата, это подарок на день рождения, — голос становится тверже, мне не позволят его вернуть.