Обычно проще выходит, да и круг моего общения не широк, — замолкает ненадолго, пока обдает кипятком помидор, — Некоторые вещи не могу делать и говорить. Ты понял уже, так с детства было.

— Интересно было бы послушать, — говорю искренне.

— Да ничего там интересного, Макар. Природная склонность к травмированию, во всяком случае, я её такой считала, в совокупности с занудством, врожденным, делают свое дело, — зрелище собой она представляет наипрекраснейшее, срабатывает сразу два первобытных инстинкта, — Да и вообще везучей меня сложно назвать. Буду теперь ходить и оглядываться.

Зубы целы и ладно, — достает большую тарелку и выкладывает на нее свернутую румяную яичницу, в которую завернуты шампиньоны с помидором. Щипцами выкладывает поджаренный хлеб, — С яйцами сыр замешан, ты ешь? И тостера нет, но на гриль сковородке мне даже больше нравиться.

— Выглядит очень аппетитно, — я не привык, что девушки в девять утра в свой выходной могут готовить, мама не в счет.

— Надеюсь, на вкус будет так же, — начинает готовить свою порцию.

Вместе со своим завтраком Ия ставит рядом со мной кружку с кофе, спустя пару секунд еще по кружке чая, себе и мне.

— Не смогла выбрать. Чай тоже вкусный. Последнее время я его чаще стала пить. Эти дни так вообще, чай и воду, первый день больно остальное было.

— Я и смотрю — щеки впали.

— Скажешь тоже. Есть куда похудеть, но я не гонюсь. Меня устраивает то, что я вижу в зеркале."

"— Меня тоже, более чем.

— Ты про свое отражение? Очень скромно, Макар Владимирович, — Ия достает из холодильника баночки, — Сметана, сливочный и сырный соус, что хочешь?

— Хочу я тебя, можно на этом самом столе, с виду он крепкий, — контролировать себя рядом с ней очень сложно.

— Тяжелый случай, — хмурится, очень забавно, — Мне вот интересно, если б я тогда, в первый вечер приехала, как ты и предлагал. Ты бы отстал?

— Тогда мне казалось, что да. Сейчас не уверен. Чем больше с тобой времени провожу, тем больше затягивает.

— Приятного аппетита, Макар, — берет со стола приборы на меня больше не глядя, — Мне надо поесть, голодной плохо соображаю. Не смотри на меня только так, а то я подавлюсь, — поднимает на меня смеющийся взгляд.

— Когда я уже в тебе найду недостатки. Даже готовишь прекрасно, — произношу спустя минут десять.

— Макар, это всего лишь яичница, — улыбается Ия, — Твоя лесть режет слух.

— Тебе так трудно принять факт того, что ты кому то нравишься? — спрашиваю и пристально вглядываюсь в лицо напротив. Ия вздыхает. Не первый раз замечаю, она не воспринимает комплименты, даже женские переводит в шутку. На пустом месте так не бывает.

— Просто это не главное в жизни, — поднимается, стул со скрипом скользит по полу, — Достану печенье. Наверстывать упущенные возможности буду долго теперь.