— Ты знала, чем занимаются мужчины, крутившиеся возле тебя в последнее время? — новый виток боли скрутил все мои внутренности. Кожу обожгли касания любимых рук, а сердце — предательство дорогих людей. — Твои дружки профессионально занимаются охраной «золотой» молодежи. Избалованных деток, считающих, что им все можно, — выплевывает он с каким-то пренебрежением. — Их задача втереться в доверие и не давать делать глупости, чтобы дитятко не спилось или там, в тюрьму не угодило, пробив под наркотой кому-то башку.

— Я…

— Конечно, ты не такая, — с сарказмом перебивает меня мужчина. — Но сейчас не об этом, детка. Ты теряешь время. Подумай, как они находили тебя даже тогда, когда их не было рядом?

Я сразу вспомнила ту историю в кафе, когда мы поругались с Лексом.

— Вижу, что дошло. Снимай все, на что можно повесить слежку. Кольца, серьги, кулоны, часы…

—Часы, — всхлипываю, глядя на мамин подарок.

— Их ты носишь постоянно, да? — киваю. — Снимай.

— Не могу, — накрываю их ладонью. Мужчина бьет по тормозам прямо посреди дороги, откидывает в сторону мою руку, второй грубо сдергивает кожаный ремешок и тоже вышвыривает в окно.

— Нет, — снова реву. — Это мамины.

— Тебя не должны найти. Не так быстро, — он блокирует двери и выводит машину на загородную трассу. — Сейчас маленькая, ты приведешь себя в порядок, поешь, успокоишься и мы поговорим. Прости, что вот так, Сонь. Хотел красиво, а получилось…  не важно, — машет рукой сворачивая на трассу, ведущую за город. — Моя девочка, — звучит с нежностью. — Как же я долго этого ждал.

Глава 43. София

Небольшой коттедж в поселке за городом встретил нас слоями пыли на мебели и подмигивающими в углах паучками. Скривившись от этого безобразия, я осталась стоять в дверях. Эмин прошел внутрь, щелкнул пробками в щитке и в доме включился свет демонстрируя еще более грустную картину.

— Я не был здесь шесть лет, — с какой-то тоской вздыхает мужчина. — Сегодня придется потерпеть. Завтра приедет клининг и наведет порядок.

— Я не планировала остаться здесь до завтра, — он только скривил уголки губ в подобии улыбки, но она тут же исчезла с красивого лица. — Вы обещали рассказать мне нечто важное. Я позвонила только для этого, — напоминаю Эмину.

— Ты так и будешь стоять в дверях? — он делает вид, что не слышит меня. — София, пройди в дом, пожалуйста, — в его тоне звучит приказ.

Знал бы Эмин, как меня выдрессировал папочка на подобное давление. Не проняло. Лишь чувство тревоги сигналит в голове красной лампочкой.

Есть проблема: мне некуда отсюда идти. Домой не хочу, к друзьям нельзя. Делаю шаг вперед и дверь за моей спиной символично захлопывается. Вздрагиваю, обнимаю себя руками, тру ладонями предплечья.