— Подожди, — сказала быстрее, чем подумала. Мужчина, едва расстегнувший рабочие штаны, так и повернулся, сверкая не только шикарным телом, но и нижним бельем. Нервно сглотнув, подошла ближе. — Я хотела татуировку целиком посмотреть, — не свожу взгляд с широкой мужской груди. — Можно?

— Она на руке, — напоминает он.

— А вдруг еще что-то есть, а я не видела, — отмазываюсь с улыбкой.

— Есть, — Давид снимает штаны до щиколотки красуясь передо мной сильными бедрами и напряженными икрами. Сбоку на голени красуется дракон с расправленными крыльями и пламенем, исторгающимся из пасти.

— Красивый, — присела на корточки, не удержавшись, коснулась пальцами мифического существа. Мышца на ноге Давида вздрогнула, но он позволил мне полюбоваться отлично прорисованным изображением.

— Сонь, нам ехать пора, человек ждет, а мне бы одеться, — он сейчас так тепло улыбается, без ехидства и подколок.

— Не называй меня так, — напоминаю мужчине. — Бесит! — отхожу, но не отворачиваюсь. Мне нравится видеть, как он переодевается: грязные штаны падают на пол, их место занимают брюки, звенит бляшка застегивающегося ремня, рубашка скрывает сантиметр за сантиметром шикарное тело.

— Почему? — интересуется Давид, собирая разбросанные вещи, проверяя по карманам личные.

— Не знаю. Просто раздражает, сразу хочется запустить в тебя чем-нибудь тяжелым, — смеясь иду к отремонтированной машине.

— Не-не, держи, — он кидает мне ключи от своей. — За мной поедешь, не вызывать же такси при полном баке. — Поцарапаешь, — смотрит строго, — Замучаешься отрабатывать! — щеки вспыхнули сами. Воспаленный за день мозг, отбивающийся от кружащего вокруг тестостерона, подкинул очень красочную картинку из дешевого порноролика. Давид заметил мои покрасневшие щеки и рассмеялся. — Извращенка, — угорает он, садясь за руль клиентской тачки. — Из зарплаты буду вычитать. Погнали, — подмигивает и заводит двигатель.

Я так и не рискнула включить телефон, хотя Лекс нашел для него зарядку и батарея там на сто процентов. Домой ехать тоже почему-то страшно. Отец должен уже быть там, Филиппа я практически послала и не удивлюсь, если они с Марком ищут меня по всему городу.

Давид отдал машину клиенту, перекинулся с ним парой слов и вернулся ко мне, сдвинув на пассажирское кресло. Протянул деньги.

— Что это? — разглядываю пятьсот рублей."

"— Твоя первая зарплата, — улыбнувшись, мужчина трогается с места и в его руках машина ведет себя мягко, словно чуя хозяина. Кручу в руках купюру и думаю, плакать мне или смеяться. Это чашка кофе в любимой кофейне, но и этого я, если уж честно, не заслужила. Ничего ведь не сделала. — Чего молчишь? Мало? — подшучивает Дейв.

— Нет, — протягиваю ему обратно деньги. — Забери.

— С чего это? — он и не думает меня слушать.