Оказавшись в клинике, обнаружил пустую палату. Испугался сначала, а потом вспомнил, что в это время она должна быть на процедурах и отлегло. Встал у окна, вглядываясь в ясное небо, раздумывал над тем, что ей скажу.

— Что ты здесь делаешь? — внезапный скрип открываемой двери и голос, который я готов был слушать до конца своих дней.

Глава 8

Лара

— Лариана Николаевна, — противный писклявый голос медсестры врезался в слух. Боже, как я ненавидела этот голос, — если вы будете продолжать в том же духе, то все наши старания пойдут коту под хвост, — эта белобрысая стерва даже не пыталась скрыть своей неприязни по отношению ко мне, я на нее действовала, как красная тряпка на быка, еще бы, она уже, наверное, распланировала свое будущее с Матвеем, которому так усердно строила глазки и, перед которым, так удачно выпячивала свои силиконовые буфера.

Может и не силиконовые, конечно, но почему-то хотелось верить, что так оно и есть. О, да, меня она ненавидела, считала меня причиной отсутствия к ней интереса у Матвея. А мне хотелось кричать во все горло: «да забирай на здоровье».

Каково было мое удивление, когда он вернулся после подслушанного разговора, таскался сюда каждый божий день, не появлялся здесь только в те дни, когда здесь бывала Катя. Я просила его уйти, закатывала истерики, кричала, а он словно не слышал меня, и я приняла единственно верное решение, раз он не хотел слышать, я вовсе перестала с ним говорить, молчала, даже не смотрела на него, лишь уголками глаз замечая, как он яростно сжимал кулаки и стискивал зубы до скрежета. А я хотела, чтобы он ушел, потому что не могла больше смотреть на его самоуверенную физиономию.

И он ушел, ушел и больше не приходил.

— Мне все равно, — отмахнулась от девушки, как от назойливой мухи.

— Лара, вы понимаете, что ведете себя, как ребенок, мы тут вокруг вас скачем, ради вашего будущего, а вы…

Подняв руку остановила ее словесный понос."

"— Для Вас я Лариана Николаевна, не забывайте, пожалуйста, о субординации, — ее снисходительный тон раздражал до искр в глазах, да кто ты такая, очередная безмозглая кукла, которая спит и видит, как пристроить свой зад к кошельку потолще.

Пустышка, каких много. — И скачете вы вокруг меня потому, что вам за это хорошо платят, так что давайте называть вещи своими именами. А теперь отвезите меня в палату, пожалуйста, и избавьте меня от своего авторитетного мнения.

— Вы нарушаете режим, доктор…

— Кажется, я ясно выразилась, мне повторить? Может вам работать здесь надоело?

Я просто хотела, чтобы меня наконец оставили в покое. Я не хотела всего этого, не хотела, чтобы меня лечили, не хотела вставать на ноги, мне было плевать.