— Как твоя жизнь?

Продемонстрировать полное безразличие мне не удается, поскольку Градов следит за каждым моим движением. То, как я нервно убираю выбившуюся прядь волос за ухо или изредка постукиваю ногой под столом, вызывают у Матвея лишь фирменную ухмылку. Кажется, он как и три года назад видит меня насквозь.

– Сейчас уже лучше, – он делает многозначительную паузу. От его слов я ощущаю, как мои на моих щеках выступает предательский румянец, будто они адресованы нашей случайной встрече. – Дела пошли в гору, а я наконец-то смог вернуться в столицу.

– А раньше с этим были трудности? – удивляюсь я.

– Еще какие. У меня стоял запрет на въезд, но это в прошлом. Сейчас проблема устранена, поэтому я здесь, – прищуривается он.

– Те самые опасные люди, – вздергиваю подбородок, едва заметно усмехаясь, и получаю в ответ легкий кивок. – Все ясно.

– А вот и я! – восклицает Аля, присаживаясь на свое место. – Привет, Матвей.

– Привет. Рад был повидаться, Марго. Еще увидимся, – мужчина заглядывает в глаза, но проникает в самую глубину души, тем самым добивая меня.

– Стоило ему появиться на горизонте, и я поняла, что мои чувства никуда не делись, – тихо говорю я, рассматривая содержимое бокала.

– Как и его, Рита, – добавляет Аля. – Ладно, поехали отсюда. Что-то и мне поскорее хочется сменить обстановку.

Глава 2

Утро следующего дня встречает меня жутким недосыпом и, как следствие, головной болью. Медленно сползаю с кровати и, собрав себя по кусочкам, бреду в сторону кухни. Мне нужен эспрессо — единственное верное средство, которое даст мне проснуться.

Вчерашний вечер прошел замечательно. Мы с Алей поехали в клуб, но задержались в этом месте ровно на час — даже моей лучшей подруге стало там скучно. Надо сказать, я и в юности не слишком любила подобные заведения, ходила исключительно за компанию. Стоит ли говорить о нынешнем времени, когда мне двадцать семь, и я только и делаю, что работаю? Поэтому я была несказанно рада, когда Аля предложила мне сменить локацию на тихий бар неподалеку от гостиницы, где она остановилась.

Кофемашина завершает процесс приготовления терпкого напитка, и от приятного аромата я, наконец, окончательно просыпаюсь. Забираю чашку и выхожу на огромную террасу, откуда открывается потрясающий вид на город. Именно это место стало вишенкой на торте при покупке этой квартиры.

Но наслаждение тишиной и прохладой летнего утра длятся недолго, стук в дверь прерывает мою идиллию наедине с собой, разрушая глубину момента. Не имею ни малейшего представления, кого принесло с утра пораньше. Неторопливо возвращаюсь в кухню и опускаю чашку в раковину — только потом направляюсь в прихожую. Обреченно вздыхаю, когда на пороге своей квартиры вижу маму.