Бармен, которого прозвали Хитрым, — и, по мнению Бет, это прозвище ему прекрасно подходило, потому что у него в карманах оседала выручка с большого количества проданной выпивки, — хотел закрыть салун, чтобы уйти домой. Он попросил Бет помочь. Она предложила Одноглазому вышвырнуть пьяниц, и он поднялся.

Но Одноглазый не стал никого вышвыривать, а вместо этого полез к ней.

В этот момент Бет поняла, что она должна дать ему отпор.

— А ну назад, ты, отвратительный слизняк! — крикнула она. — Я не твоя женщина. Только притронься ко мне — и ты об этом пожалеешь!

— Если будешь со мной так разговаривать, я выкину тебя на улицу, — невнятно пробормотал он.

Она с презрением смотрела, как Одноглазый раскачивается, пытаясь удержаться на ногах, и вспомнила, что пользуется в городе популярностью, в то время как над ним все смеются.

— Выкинь их отсюда, — сказала Бет, указывая на пьяниц. — А затем иди домой. Завтра утром я с тобой разберусь.

Она торопливо взбежала вверх по лестнице и заперлась у себя в комнате. Она сомневалась в том, что Одноглазый пойдет домой или вышвырнет пьяных, поскольку, несмотря на его россказни, в сущности он был слабаком.

Начинался декабрь. На улице было так холодно, что ледяным воздухом было больно дышать. Причина, по которой Бет откладывала претворение своего придуманного две недели назад плана в жизнь, заключалась исключительно в том, что комната над «Золотым самородком» была теплой и уютной. Здесь девушка чувствовала себя в безопасности, хоть и ненавидела Одноглазого. Однако теперь, когда он считал ее своей собственностью, ощущение безопасности исчезло. Сегодня вечером он сильно напился, но в трезвом состоянии был еще опаснее.

Она не позволит ему взять ее силой или вовлечь в какую-нибудь аферу в отместку за отказ.

Остаток ночи Бет почти не спала, вздрагивая от каждого шороха: ей казалось, что Одноглазый поднимается к ней по лестнице. В девять утра она встала.

Сначала Бет зашла в салун и увидела, что вчерашние посетители до сих пор лежат на полу. Одноглазый сжимал бутылку виски и громко храпел с открытым ртом. Вонь в помещении вызвала у девушки приступ тошноты: на полу была не только рвота, но и кое-что похуже.

Закрыв дверь салуна, Бет надела шубу и меховую шапку и вышла через заднюю дверь.

Она старалась не думать о Тео, но на этот раз не смогла удержаться, представив себе, какой ужас он испытал бы при виде этой картины. Он никогда не наливал тем, кто не понимал, что делает, Если Тео видел, что человек сейчас упадет там, где стоит, он отдавал распоряжение дружкам пьяного отвести его домой, чтобы тот проспался. На полу у него никто не валялся пьяным.

Бет пошла в кафе на Кинг-стрит и заказала себе завтрак.