В конце концов, именно он сбежал со шлюхой из «Красной луковицы», а я заботилась о нем, когда его подстрелили.

— Я бы не стал принимать на веру слова того, кто работал на Мыльного Смита, — сказал Джек. — И я удивлюсь, если Тео ему поверил. Но к вечеру известие облетело весь город, и несколько человек над ним подшутили. Думаю, Тео несколько расстроен.

В ту ночь Тео не вернулся домой. Он появился в понедельник в полдень, перед открытием салуна, но ни слова не сказал о том, где был. Поскольку он не выглядел расстроенным, а просто вел себя чуть тише обычного, Бет не стала обращать на это внимания и пошла за покупками.

Ее не было пару часов. Возвращаясь в «Золотой самородок»,! она услышала очень знакомый звук сирены отплывающего парохода. Когда девушка свернула на Фронт-стрит, там собралась большая толпа провожающих, и она тоже помахала рукой, как было принято в Доусоне.

Когда Бет вернулась, Джек сказал ей, что Тео ушел в банк с выручкой. Прошел час, затем еще час, но он все не возвращался.

— Наверное, Тео играет где-то в покер. Будем надеяться, что он успел отнести деньги в банк, — пошутил Джек.

А в начале восьмого пришел Уилф Донахью, больше известный как Одноглазый, поскольку у него один глаз был стеклянный. Он был завсегдатаем в «Золотом самородке», несмотря на то что сам владел таким же заведением на Кинг-стрит. Бет считала этого полного краснолицего выходца из Канзаса грубым и слишком фамильярным, но Джек и Тео им восхищались и утверждали, что он настоящий мужчина.

— Поднимись туда и играй, моя девочка, — сказал Уилф Бет, показывая рукой на небольшой помост, где она обычно выступала. — Без музыки мы не заманим посетителей.

"— С каких это пор ты тут распоряжаешься? — спросила Бет весело, подумав, что он шутит.

— С двух часов пополудни сегодняшнего дня, когда я купил этот салун, — ответил Уилф.

Глава 32

— А где будем спать мы с Джеком? — с негодованием спросила Бет Одноглазого на следующий день. Она была в ярости, потому то только что услышала, как он сказал Долорес и Мэри, двум девушкам из салуна, что они могут перебираться наверх.

— Я не заберу у тебя твою комнату, если только ты не будешь продолжать мне дерзить, — сказал он.

Он стоял, повернувшись к ней вполоборота, глядя на нее здоровым глазом, в то время как стеклянный слепо смотрел куда-то вдаль.

— Однако Джеку придется перейти на кухню, поскольку я пообещал его комнату девушкам.

Бет почувствовала, что сейчас взорвется, но не осмелилась возражать из боязни, что Одноглазый выгонит ее вместе с Джеком.

— Это несправедливо, мистер Донахью, — сказала она. — Джек построил это здание. Это наш дом. Не поступайте так с нами! Достаточно того, что Тео продал вам заведение, не сказав нам ни слова.