– Ну что ты, Анечка? Недовольна чем-то? – муж бережно приобнял меня за плечи, а мне захотелось завыть потому что не вызывал он во мне тех же чувств, а ведь раньше у нас все было нормально.

Я и не замечала, что мое тело не трепещет от одного его взгляда, не покрывается мурашками от пары касаний. Я это поняла… только сейчас, когда… когда переспала с другим.

– Прости, Коль, устала, – выдохнула и возненавидела себя еще больше. – Я отдохну схожу?

– Давай вместе отдохнем? – он многозначительно положил руки на мои плечи, начав растирать их, а я едва не вырвалась в ужасе.

Его касания сейчас только раздражали и напрягали еще больше. Я не могла расслабиться. Не могла не вспоминать свое ночное приключение и другого мужчину. Того, который с такой легкостью играл на моем теле, заставляя его звучать как струны на арфе.

Почувствовала, как муж коснулся кожи на шее, и отпрянула.

– Что такое, Ань? – тут же напрягся Коля, а я почувствовала себя еще больше дрянью.

– Прости, – тихо выдала. – Я действительно устала. Уборка эта, готовка, да и голова еще болит, – я не могла поверить в то, что придумываю отмазки для собственного мужа, но и по-другому поступить не могла.

Сбежала, как трусиха, в другую комнату и сделала вид, что у меня действительно болит голова, а на самом деле просто безрезультатно смотрела в потолок, думая о том, что же я наделала.

Перед глазами так и всплывали картины того, что было ночью, того, как низко я пала. Ненавидела себя за все. Хотела рассказать мужу, сесть напротив и поговорить, покаяться и объяснить, что все было не по моей воле, что меня опоили.

Да, точно!

Я не верила, что могла сама так поступить. Мне что-то подсыпали.

Бармен!

Мои мысли прервал звонок телефона, заставивший подпрыгнуть от неожиданности.

– Да! – буквально крикнула в трубку.

– Анька, ты чего орешь? – слышу голос обеспокоенной подруги.

– Прости Кать, устала.

– Хорошо провела ночку? – мимоходом поинтересовалась подруга, а у меня сердце забилось в пять раз быстрее.

– Ты о чем? – решила не идти на провокации.

Не хотела ничего рассказывать и ничем делиться даже несмотря на то, что мы с Катей дружим более двадцати лет.

– Ну как о чем? С Цербером как прокатились? Понравился?

Катька всегда была заводилой.

Во всем. На школьных утренниках и праздниках, на соревнованиях, на работе. Не удивительно, что она все поняла.

– Катя, я… – хотела сказать, что не хочу ничего говорить, но слова застряли в горле. Не могла ни слова произнести.

– Ладно, проехали, потом расскажешь. Я чего звоню-то. Я знаю, что ты занята и вы с Колей наверняка хотите провести день вместе, – Катя выдала фразу так, будто нет ничего ужасней совместного дня с Колей.

Они не воспринимали друг друга. Ни в каком виде.