А дальше слово вон медицине, — кивнул следователь на молодую румяную круглолицую женщину.

— По результатам предварительного осмотра могу предположить, — продолжила судмедэксперт, — что смерть наступила в результате черепно-мозговой травмы. Повреждение кожных покровов и черепа предварительно соответствуют поверхности, на которую упал человек. Очевидно, что он упал с верхней галереи на нижнюю. Могу еще предположить, что у него с правой стороны сломаны два или три ребра, ключица, а также имеется открытый перелом правой лучевой кости. Такие повреждения являются результатами возможного падения с высоты и ударов об ограждение галереи.

— Сомнения есть? — спросил Сосновский, переводя взгляд с лица медика на лицо следователя и назад.

— Подробнее покажет вскрытие, — пожала плечами женщина. — Повреждений много, какие из них могли быть нанесены другим человеком, пока сказать сложно. Это я к тому, если вы предположите убийство.

— У меня пока тоже маловато фактов, чтобы делать выводы, — согласился следователь. — Но если говорить чисто теоретически и исходить из моего многолетнего опыта, то инсценировка несчастного случая — самое удобное и часто применяемое злоумышленниками действие.

Если кто-то хотел убить Филиппова, то мог бы найти и более простой способ, не такой, чтобы у всех на глазах. Ведь кто-то мог увидеть его на галерее вместе с заместителем главного инженера. Но и с другой стороны, какого черта Филиппов стал бы падать вниз, зачем ему перелезать за ограждение, рисковать жизнью. Но он упал. И с точки зрения убийцы, если таковой имел место быть, гарантия стопроцентная, что жертва погибнет и не надо самому наносить смертельное ранение.

— Ну, ясно, — проворчал Сосновский. — Могли убить, а могли и не убить. Мог и сам, а могли помочь. Значит, будем искать тех, у кого есть мотивы для убийства."

"Побеседовать с Храмовой, которая первой обнаружила тело, не представлялось возможным. Сосновский в момент своего приезда на ГРЭС видел ее один раз, но потом девушку с нервным срывом увезла «Скорая помощь». Дальше все шло, как говорится, «по накатанной». Кто последним видел, о чем говорили, в каком настроении расстались, с кем ссорился, с кем дружил, кого любил. Постепенно вырисовывался образ погибшего человека.

Хороший инженер, хороший исполнитель, но слишком мягкий для руководителя. Самое место в заместителях. С людьми ровен в отношениях, помогает молодым специалистам. А в трудное военное время, когда мужчин на ГРЭС поубавилось, а их места заняли простые женщины, порой без специальности, тратил уйму своего личного времени на обучение персонала ГРЭС. Хотя этим никого во время войны не удивишь. Почти все отдавали Родине что могли, включая и опыт, и знания, и личное время.