И кстати, попасть в квартиру я тоже вчера не смог.

Чтобы переварить услышанное, мне нужно присесть. Но не могу сдвинуться с места. Нет, я знала, что мужчины врут, но чтобы вот так беспринципно?

Бросаю осторожный взгляд на Гончарова, который больше не улыбается, а нахмурился и принял серьезный вид.

Собираюсь сказать Денису, что врать не обязательно, но телефон разряжается в ноль и выключается.

— У тебя есть зарядка? — спрашиваю у Кости, показывая глазами на мобильный.

— На эту модель нет, но у тебя есть новый. — Он указывает на стол, где лежит навороченный смартфон, который я приняла за запасной Гончарова.

— Только сначала сестру набери.

— Зачем? То есть почему? — неуверенно произношу я.

— Делай, как я говорю, — развалившись на кровати, требует Гончаров.

Беру со стола смартфон и по памяти набираю номер. Гудки идут, но Зойка не отвечает. С каких пор сестра стала такой избирательной?

— Еще, — кивает Гончаров на телефон в моих руках с хладнокровной маской на лице.

Я опять звоню Зое, но она все равно не отвечает.

— Пиши сообщение: «Есть еще одно поручение, перезвони. Оплачу по двойному тарифу».

Я ничего не понимаю, но слушаюсь.

Не проходит и минуты, как на дисплее высвечивается входящий звонок с номера сестры. Поднимаю на Костю глаза.

— Что это значит?

— Ничего хорошего. Для тебя. Ну и напоминаю: ты моя жена и в ближайшее время в этом плане изменений не будет. А сестру за такие фортели я бы послал навсегда и подальше, — усмехается Гончаров, но ни в глазах, ни в голосе даже и намека нет на радость. — Передай привет от Куваева, чтобы она трубку не бросила.

Костя встает с кровати и начинает расстегивать рубашку.

— Если кто-то постучит в номер, то это доставка еды.

Я в душ.

Смотрю в спину Гончарова, который скрывается в ванной комнате, и отвечаю на звонок.

— Это я, — говорю неживым голосом. — Трубку не бросай, я с приветом от Куваева. А еще только что Денис звонил и клялся, что не трогал тебя и пальцем. Объясни, что все это значит? — быстро тараторю, боясь, что Зоя все-таки положит сейчас трубку.

Ума не приложу, что хочу услышать, но последующие слова повергают в сильный шок.

— Маша, прости. Мне деньги были нужны, а Вадим Михайлович пообещал хорошую сумму, если разыграю перед тобой этот спектакль.

Можно было бы, конечно, ипотеку погасить, но я уже прилично потратилась на операцию по увеличению груди и сделала первый взнос...

— Что? — Чувствую себя так, словно меня приложили по голове кувалдой, но почему-то болеть начинает совсем в другом месте."

"Растираю грудь с левой стороны, однако неприятные ощущения даже не думают проходить. Я плюхаюсь на стул, словно из меня разом выкачали все силы, а вместо костной ткани в ногах образовалось желе.

— Не было между мной и Денисом ничего.