— А я частичку души потеряла, — само сорвалось с языка.

Отворачиваюсь, заметив смятение на лице Тимура. Пытаюсь в руках себя держать, чтобы не поддаться рвущимся наружу эмоциям. У нас еще будет время поговорить, но только не сегодня.

— Я спущусь через пару минут, — намекаю парню, чтобы он меня одну оставил.

Воронцов тут же ретируется. Тяжело вздыхаю, подкатив чемодан к кровати. Достаю полотенце. В ванной умываюсь теплой водой, успокаиваюсь. Наношу на лицо легкий макияж и спускаюсь вниз, откуда доносятся восхитительные ароматы готовящейся пасты.

Застываю в арке, наслаждаясь Тимуром. Слежу за каждым его движением. Впитываю в себя энергетику сильного, заботливого мужчины, который всегда крепко держал позиции в моем сердце. Не знаю, что нас ждет в этой поездке. Но могу с уверенностью сказать, что прежними мы уже не будем.

Глава 43

Тимур

— Нет, я не буду этого делать, — отшатывается назад, как ужаленная.

— Ой, да брось. Тут нет ничего страшного, — протягиваю ей доску для сноуборда. — Азы я тебе все покажу.

— Ну конечно ничего страшного, — саркастически смеется. — Сломаю себе пару конечностей. Или того хуже — шею. Так себе будет отдых. Никогда, Воронцов, я не встану на это приспособление для смерти. Лучше старых-добрых лыж нет ничего.

Тянется к упомянутому инвентарю, но поскальзывается на каком-то комке снега и летит лицом вперед. Еле успеваю ее поймать, разворачиваю к себе и получаю мощный удар головой по подбородку.

Чертовски, блядь, больно. Аж язык прикусываю, ощущая стальной вкус крови. Рычу, морщусь, но крепко держу несопротивляющуюся Алиску. Которая виновато смотрит на меня и пытается оценить степень моего повреждения.

— Все в порядке, — сплевываю на снег кровь.

Да уж, не так я себе представлял отдых на горнолыжном курорте. Все должно было быть мило и без происшествий.

— Прости, — виновато поджимает губки, но вот в глазах вижу блеск чертенка.

Не очень-то она и переживает за меня. Скорее чуть-чуть радуется моим конфузам.

Но все же это лучше, чем ее отстраненность за последние несколько дней. За все время лишь редкие всполохи эмоций у Задорожной появлялись. Не всегда она казалась замкнутой и недоверчивой.

Все-таки мне удалось пробить ее броню, добравшись до разбитого мною же сердца. Сначала ужином, милым разговором на кухне. Просмотром комедии. Катком, выставкой ледяных фигур. А сегодня еще и лыжной трассой.

Мы сами не заметили, как становились друг другу все ближе и ближе. Разговаривали обо всем на свете, спорили, смеялись, наслаждались отдыхом. И не поднимали тему пятилетней давности.

Я не давил на Алису, а она не спешила мне все снова рассказывать. У нас словно все началось с чистого листа. И портить такие чудесные моменты нельзя.

— Ну что? — хищно улыбаюсь, подталкивая ее к доске.