Тогда что делать? Забрать то, что есть. Сказано — сделано. С помощью браслета я начал впитывать энергию обратно. Ко мне слетались светящиеся клочки нитей и, коснувшись браслета, гасли, отдавая всё, что в них оставалось. Я не ощущал никакого сопротивления, это происходило достаточно быстро, но я всё равно нервничал. Если я вошёл в алтарь, значит, моё тело снаружи потихоньку умирает. У меня есть всего пара минут. Для ускорения попробовал потянуться к энергии алтаря всем телом — и это получилось. Часть нитей облепили меня. Вскоре поток иссяк, и я вывалился в реальный мир.

Очнувшись, сообразил, что лежу на каменном полу, а надо мной склонился Никанор. Одна его рука лежит у меня на груди, и паладин делится со мной энергией. Увидев, что я пришёл в себя, он поднялся:

— Не пугай меня больше так, — Никанор недовольно покачал головой, — твоё сердце остановилось. Ты провёл в алтаре около трёх минут, и мне с трудом удалось тебя оживить!"

"— Спасибо, — прохрипел я. Тут подоспел Курбатов и протянул мне открытую фляжку. Я с благодарностью взял её и быстрыми глотками наполовину осушил. Внутри была вода, которая мне показалась сказочным нектаром.

Поднявшись на ноги, я подошёл к алтарю. Теперь это был просто камень, которой, лишившись остатков энергии, весь пошёл трещинами.

— Он пуст, — из-за моего плеча негромко произнёс Никанор, после чего прикоснулся к бывшему алтарю.

— Да. Наполнить его энергией пока не в моих силах, — признался я и посмотрел на свой браслет, который слегка светился, напитавшись остатками энергии алтаря.

— Что-то такое я и подозревал. Не печалься, — видя, что я расстроен, он ободряюще улыбнулся, — так бывает. Много алтарей сгинуло.

— Понимаю, — я бросил прощальный взгляд на камень и вышел из комнаты.

— Думаю, со следующим не будет таких проблем, — сказал Никанор и пошёл к машине, — ехать недолго, чуть больше часа.

Мы снова отправились в путь. Пока мы ехали, мне позвонил Самохин.

— Плохие новости, — заявил он и сразу перешёл к докладу:

— Мы привезли небольшую бытовку на территорию твоего нового особняка в Подмосковье. Там проживают четыре человека. Сегодня они отправились за продуктами, а на обратном пути их задержали и развернули с формулировкой, что земля эта имеет неопределённый статус.

— То есть и я туда попасть не смогу? — Это было плохо. Если Гольштейну удастся договориться с семьями, мне нужен алтарь, который расположен в подвале особняка.

— Да, по закону не сможешь. Судя по всему, Трубецкие решили включить свой административный ресурс и начали ставить палки в колёса. При этом у меня есть информация, что документы на передачу этих земель твоему роду уже подписаны самим Императором. Осталось их завизировать в разных ведомствах.