Аглая лишь избавилась от ее вещей, чтобы ничто не напоминало о стеклянной старухе. Среди имущества ее свекрови оказалось много странных предметов, связанных с оккультизмом. В запертых шкафах и многочисленных тайниках обнаружились амулеты из костей, перевязанных черными шнурками, стеклянные монеты с золотыми вкраплениями. Драгоценности пошли в дело – их продали, чтобы раздобыть деньги на ремонт театра, а вот колдовские вещи Аглая сожгла прямо во дворе дома. Ей хотелось поскорее забыть обо всем случившемся, но Катерина подозревала, что выкинуть из головы события той ночи никому из них еще долго не удастся.

Матвей, размахивая своей шпагой, снова перешел в атаку. Гибкий и стройный, он очень легко двигался, Катерине еще ни разу не удалось задеть защитный панцирь на его груди. Она только собралась парировать очередной выпад, как вдруг за ее спиной послышались чьи-то шаги.

– Какой впечатляющий бой! – донеслось до Катерины. – Надо признать, вы неплохо орудуете всякими острыми штуковинами.

Прохор с заинтересованным видом уставился в сторону калитки.

Катерина и Матвей тоже обернулись, одновременно стягивая защитные маски.

К ним приближался какой-то старичок, причем выглядел он так странно, что они с недоумением переглянулись. Катерина дала бы ему лет семьдесят. Среднего роста, худенький, он кутался в длинное клетчатое пальто, по своей бесформенности больше напоминающее большой плед, и при ходьбе опирался на длинную изящную трость из черного дерева. Длинные седые волосы на голове старика пучками торчали в разные стороны, словно недавно его основательно долбануло электрическим током. Из-под пальто виднелась рубашка со стоячим воротником и старомодный галстук-бабочка. Наряд дополняли тонкие перчатки из светло-коричневой кожи и начищенные до блеска остроносые туфли.

– Ну что? Испугал? – смеясь, сказал старичок.

– Нет. – Катерина смущенно прокашлялась. – Просто мы не слышали, как вы вошли.

Ржавые петли ворот особняка Державиных обычно скрипели так, что о гостях семейства сразу же узнавали все соседи. И Прохор, и Матвей постоянно забывали их смазать. Но сейчас скрипа никто не слышал. Либо кто-то не закрыл вчера ворота, либо странный старичок просто перелез через ограду.

– А вы, собственно, кто, уважаемый? – поинтересовался Прохор.

– О, покорно прошу меня извинить. – Незнакомец слегка склонил голову. – Я был так поражен красотой этой юной барышни, что забыл представиться!

Катерина едва не выронила из рук шпагу.

– Ты, наверное, Катерина? – Старичок смотрел на нее, добродушно улыбаясь. – Я так давно хотел с тобой познакомиться.

– Откуда вы меня знаете?

– Ты меня совсем не помнишь? – Он всплеснул руками. – Ну конечно, дорогуша. Какой же я болван! Позвольте наконец представиться.