— Я думаю, если ты наденешь его, когда мы пойдем праздновать мой день рождения. Росс в душе пожелает, чтоб я убралась подальше! — искренне ответила Сара.

Она очень беспокоилась, что ее присутствие надоест Россу, вызовет трения между супругами. Но Салли ее заверила, что Росс человек очень добродушный и спокойный.

— Кроме того, — добавила она, по обыкновению широко улыбаясь, — внутренние перегородки в доме — два фута толщиной, ты сама знаешь, телефонный звонок не слышен из соседней комнаты, и если Росс захочет любовных утех… — Она залилась веселым смехом, увидев Сарино лицо, и сказала, поддразнивая ее: — Я забыла, как ты легко краснеешь и смущаешься.

Вот когда появятся дети и будут врываться в спальню в любое время дня и ночи, особенно в самые критические моменты, тогда‑то и начнешь приходить в отчаяние.

И обе захохотали.

Когда Сара пришла к Робби после двухдневного отсутствия, он встретил ее с восторгом: мальчик нуждался в ласке, хотел, чтобы Сара его постоянно обнимала, всячески демонстрировала свою привязанность к нему.

Из его детской болтовни Сара выяснила, что у его матери были длинные розовые ногти и туфли с высокими каблуками.

Она поняла также, что бывшая жена Грея совсем не была той преданной матерью, какой хотела казаться окружающим… мать, отправившая сына к бабушке, чтобы наслаждаться жизнью свободной одинокой женщины.

Сара старалась не осуждать мать Робби — жизнь родителей‑одиночек трудна, нельзя же требовать, чтобы они посвящали детям каждое мгновение своей жизни. Но одно эта женщина, несомненно, сумела сделать: она внушила мальчику страх и неприязнь к отцу. Стоило Саре произнести имя Грея, как он застывал и морщился.

В ту пятницу, узнав, что Грей задерживается, Робби сказал Саре:

— Я рад, что папа вернется поздно; значит, вы пробудете со мной подольше, да?

Он впервые назвал Грея «папа», и у Сары появилась надежда, что со временем ему удастся преодолеть нелюбовь к отцу.

Утром Грей предупредил, что вернется пораньше, поэтому Сара не стала говорить ему, что приглашена на обед и должна уйти в шесть, но сейчас было уже четверть седьмого, а Грей еще не появился. Когда она позвонила на фабрику, ей никто не ответил.

И вот теперь, покусывая губы, она решила, что подождет до семи, потом позвонит Салли и предупредит, что не успеет к назначенному часу.

В десять минут восьмого она набрала номер сестры.

Салли ответила сразу же.

— О! Не может быть! Разве ты ему не сказала, что мы идем в ресторан? — воскликнула она.

— Нет, — призналась Сара. — Но он обещал прийти рано. Я позвонила на фабрику, там никто не ответил, не могу же я оставлять Роберта одного!

— Ну разумеется, — согласилась Салли.