Его голова покоилась на ее плече, его дыхание ласкало ей спину.

— Ты заставила меня потерять голову, — вздохнул Энтони.

— Это плохо?

— Можешь судить меня, если я не буду заниматься с тобой любовью в более медленном темпе.

Она засмеялась глубоким смехом:

— Если я правильно поняла, ты напрашиваешься на комплименты. Или ты хочешь знать, не разочаровал ли меня из-за того, что все произошло слишком быстро? Совсем нет. Ты был прекрасен.

Он улыбнулся ей нежнейшей улыбкой, которая отозвалась в ней теплом. Она дышала тяжело, ее губы приоткрылись и поцеловали его. Но потом он встал, поразив ее тем, что стянул с нее одеяло, и прикрывшись им, поднял рубашку с пола, которую до того неосмотрительно бросил. Снова присев на край постели, но на достаточном расстоянии, что должно было предостеречь ее, он заметил:

— Я хотел бы честно признаться, что я солгал тебе сегодня.

— В чем?

— Может, угадаешь, дорогая? — он внимательно посмотрел ей в глаза. — Я не собираюсь продолжать свои отношения с другими женщинами после нашей свадьбы. Я абсолютно разрушил твои планы, не так ли?

— Но ты же согласился!

Он улыбнулся, с удовольствием осознавая свою мужскую победу:

— Я мог сказать что угодно, чтобы заполучить тебя в жены, чтобы ты не могла отступить.

Розлинн взглянула на него рассерженно, кровь закипела в ее жилах.

— Ты женился на мне обманом!

— Я женился на тебе честно.

— Я предложила тебе идеальные условия.

— Но ты не спросила меня о моих желаниях. И, дорогая, если бы ты просто задумалась об этом, ты бы поняла, сколь абсурдным было твое условие. Не ты просила меня жениться на тебе, я сам сделал тебе предложение, и ты прекрасно знаешь, что я не делал этого никогда раньше. Я оставил любовниц в прошлом. Единственная женщина, которую я хочу сейчас, — это жена.

Розлинн просто завораживала магия его нежного голоса.

— Ты говоришь так сейчас, но что будет через месяц, через год? Твои глаза начнут искать новый предмет уже очень скоро…

Энтони усмехнулся.

— Мои глаза выискивали новые предметы целых девятнадцать лет, пока не остановились на тебе. Позволь им отдохнуть, Розлинн. Они выбрали тебя и не хотят больше ничего.

Ее глаза сузились, что не предвещало ничего хорошего:

— Ты считаешь, что это повод для шуток? Позволь мне сказать…

Он приблизился к ней и обхватив ее за талию, повалил на кровать. Одеяло сползло куда-то. Он хотел продолжать удовольствия брачной ночи. Глупая девчонка. Правда была в том, что он не хотел никого кроме нее.

— Так ты все еще настаиваешь на моих любовницах?

— Черт возьми! Разве это не то, о чем я только что говорила! — ответила она.