– А это что за новая мебель? Что им здесь надо? – шепнул Мефодий Мамзелькиной, кивая на амбалов, которые, в свою очередь, разглядывали его без большого и теплого чувства.

Аида Плаховна снова дохнула на них вонючей махоркой.

– Это Вовик и Кирюша. А, может, Саша и Митюша. Не знаю, как их зовут на самом деле, ибо не имею ни малейшего желания знакомиться, – сказала она равнодушно.

– А что делают Вовик и Кирюша у нас?

– Они ждут своего хозяина.

– А где их хозяин?

– Он уже четверть часа достает Арея. Уж я голову ломаю, почему Арей до сих пор его не зарубил? Мягок стал Ареюшка, мягок… Бывалоча – чик! – а я ужо потом думаю, куда приписочку сделать, чтобы в Канцелярии Ареюшке за самоуправство не перепало, – заметила Мамзелькина с неудовольствием.

Буслаев хмыкнул. Прежде «менагер некроотдела» уверяла, что не тащит кого попало, а теперь вот какие выплывают подробности.

– Эти суслики хотели за хозяином увязаться, да я попросила их остаться. Посидите со мной, родимые! Все равно хотя б разик, да ишшо свидимся… – повысив голос, продолжала Аида Плаховна.

Мефодий взглянул на амбалов и оценил, что те ведут себя тихо и на старушку посматривают с тревогой.

«Боятся ее и не могут понять почему… Оттого и недоумение в глазенках!» – расшифровал Буслаев.

– А что хочет от Арея хозяин этой мебели? – спросил он.

– А ты сходи в кабинетик, сам и увидишь. И Улитушка тоже там, курочка наша недоощипанная. И Тухломон, гадик пластилиновый!.. – сказала Мамзелькина.

Мефодий шагнул было к кабинету, но один из амбалов загородил ему проход длинной, как шлагбаум, рукой.

– Нельзя туда!

Мефодия (а, возможно, и амбала) выручил Арей, во всю мощь легких рявкнувший из кабинета:

– Меф, это ты? Пулей сюда!

Амбалы в замешательстве переглянулись, и Буслаев проник в кабинет Арея.

Как и весь офис, кабинет стал до неузнаваемости пошлым. Средний кабинет среднего начальника. На столе между телефоном и компьютером громоздилась куча безделушек, над которой генеральствовал вечный двигатель, пожиравший батарейки, как ребенок конфеты.

В воздухе пахло грозой. Арей, насупившись, сидел за столом и барабанил пальцами по столешнице. На него наседал лысоватый молодой мужчина в светлом пиджаке. Уже по тому, как он напористо навис над Ареем, оперевшись о стол, было видно, что у него хватка бультерьера.

Улита – скромняга из скромняг! – стояла у окошка и ухаживала за фиалкой, отрезая сухие листики громадными портняжными ножницами.

Рядом маялся Тухломон, с которого сладкие улыбки осыпались как переспелые груши с веток. На этот раз Тухломон был в синеньком, очень уместном костюмчике и несколько цветастом галстуке. Эдакий шустряк-самоучка. Дядечка на побегушках. Недавно получив от Арея взбучку, Тухломон держался в тени и не лез на броневик с обычными речами.