От неожиданности я открываю рот, а в голове проносятся одновременно две мысли: во-первых, что творит моя соседка?! А во-вторых, почему это сделала не я?!

В следующую секунду замирают все. Женщина, видимо, оценивает, что натворила, Сергей Дмитриевич офигивает, а я вообще боюсь пошевелиться.

У Полины Константиновны выход из ступора происходит быстрее, чем у остальных. Видимо, срабатывает инстинкт самосохранения. Соседка быстро бросает нечто типа «еще раз что-то подобное увижу — засужу», после чего стремительно, практически бегом, скрывается за дверью своей квартиры. Секунда, и я уже слышу звук многочисленных закрываемых замков.

И вот мы остаемся на площадке вдвоем.

Смотрю на большого босса, на пиджаке и брюках которого теперь имеются украшения из луковой шелухи, а к ногам пала россыпь картофельных очистков, и с трудом сдерживаю смех. Нет, в бар он теперь точно не поедет.

С минуту борюсь с желанием выдать что-нибудь остроумное про то, что с недавних пор верю в карму, но в итоге сдерживаюсь, прочищаю горло и максимально серьезно спрашиваю:

— Зайдете или так поедете?

Сергей Дмитриевич заходит в квартиру молча, я прикрываю за ним дверь и уже в следующую секунду понимаю, что одной шелухой дело не обошлось.

Принюхиваюсь и пытаюсь вспомнить, в чем дело.

До меня доходит не сразу, а когда я все-таки въезжаю, то разрываюсь сразу между двумя желаниями: новым — зажать нос и ставшим уже привычным — рассмеяться.

Сегодня совершенно точно не день большого босса, потому что вместо стандартного для него запаха дорогого парфюма, мужчина воняет креветками. Не совсем свежими креветками. Вчерашними, если быть точной.

В завязанном мусорном пакете они как-то более мирными казались, но после страйка, выбитого Полиной Константиновной, ситуация изменилась.

С максимально серьезным лицом осматриваю мужчину и прихожу к выводу, что в ходе креветочной атаки пострадали и брюки, и рубашка, и пиджак. Да, однозначно страйк.

Так, не ржать! Спасать положение, срочно спасать, а то точно без работы оставит!

— Ванная справа по коридору, первая дверь. Чистое полотенце на стиральной машинке, а про одежду вы не беспокойтесь! — заявляю уверенно и бегу на кухню, где достаю из шкафчика пару пустых мусорных пакетов. — Вот!

Ловлю разгневанный взгляд большого босса и поясняю:

— Одежду сюда грязную положите, а я вам, пока в душе будете, чистую найду.

А то, мало ли, подумает еще, что это я его самого в пакеты обернуть предлагаю, чтобы не благоухал тут, обстановку не портил.

Немая сцена продолжается еще пару секунд, но затем Сергей Дмитриевич, о чем бы он там не думал, все-таки принимает протягиваемые мной пакеты и удаляется в ванную.

Я же остаюсь одна и начинаю размышлять по поводу одежды.