Яна прекрасно сознавала, что папа Саша оставался в семье только ради нее, поэтому решила уехать сразу после школы – уехать и освободить его. Пусть разводятся. Может, он еще найдет свое счастье. Она придумала Петербург, Репинку, но долго не решалась: страшно было оторваться от папы Саши, от друзей, от привычной жизни. А потом мать сказала те ужасные слова. Нет, сначала Янка только разозлилась, услышав, как мать обвиняет ее в совершенно немыслимых гадостях: соблазняла Сашу!

– Ты что, последние мозги пропила? – сказала Янка. – Опомнись.

– Говори-говори! А то я не видела, как ты перед ним подолом метешь!

И Яна уехала, втайне надеясь, что папа Саша тоже переберется в Петербург, подальше от этой идиотки. Она ни на секунду не задумалась о материнских словах и даже не особенно огорчилась, привыкнув к ее постоянным измышлениям. Янка знала, что все это неправда, а матери и доказывать бесполезно. Отцу она не стала говорить – еще не хватало. Но предполагала, что он только посмеется, поэтому Яну так поразила его болезненная реакция: примчался к дочке, всю ночь ехал, волновался!

Но у нее были свои заботы: приехав в Петербург, Яна сразу же начала искать возможность остаться там навсегда. Для этого нужно было выйти замуж. Янка была хороша, знала себе цену и всегда легко справлялась с многочисленными поклонниками, поэтому внимательно поглядывала по сторонам, подыскивая подходящий вариант. Она решила, что для нормальной семейной жизни вполне достаточно наличия здравого смысла и чувства юмора. Схожие интересы тоже не помешают. Ну, и взаимная симпатия, конечно. В любовь она не слишком верила, насмотревшись на материнские страдания и искания."

"Иван Хочинский показался ей вполне достойной кандидатурой: он был неглуп, хорошо образован, привлекателен внешне и порядочен. Хороший домашний мальчик – Иван был на семь лет старше, но это не мешало Янке считать его мальчиком. Да что он видел в жизни? И профессия у него какая-то не мужская – искусствовед. Как у мамочки. Папочка подвизался в строительном бизнесе, поэтому мамочка с сыночком вели светский образ жизни, циркулируя по разного рода вернисажам, арт-салонам и антикварным магазинам. Как оказалось, немужская профессия приносила Ивану неплохие дивиденды: несмотря на молодость, он был признанным экспертом и заядлым коллекционером миниатюр, табакерок, печаток, карманных часов и прочей драгоценной мелочи, так украшавшей викторианский быт. Одевался он соответствующе: обожал жилетки, шейные платки, лайковые перчатки и шляпы.