Ты знаешь, я ведь не считал его братом. Думал, что мама родила Юрку от другого мужчины, не от отца. Даже не знаю, с чего я это взял! Ревновал, наверное. Мне десять было, когда Юрка родился, мама так с ним носилась. Думал, я ей уже не важен. И отец всегда хуже к нему относился, как мне казалось. А когда я уезжал, отец со мной долго говорил. Он знал, что скоро умрет. Просил позаботиться о маме и Юрке. Ну, я и высказал, что думал. Отец так разъярился! Даже пощечину отвесил. Пощечина и убедила.

– Юра очень похож на Всеволода Афанасьевича, так что ты зря.

– Да, похож. Особенно сейчас. А отца просто раздражала Юркина несамостоятельность и нерешительность. Ну, ты-то знаешь.

Лера только усмехнулась.

– Послушай, – сказал Павел. – Юрка на работу уже не вернется. Ты не хочешь его заменить? Я бы взял тебя.

– Что, прямо заместителем генерального директора?!

– Да нет! Эту должность для Юрки придумали, двух замов генеральному вполне достаточно. Начальником отдела. А потом – кто знает! Перфильев на пенсию собирается, ему уже под семьдесят, да и у Лукацкого здоровье неважное. А фирму мне продавать не хочется. Ты бы справилась.

– Я в этом не уверена. Но подумаю.

Пока Павел каялся и соблазнял Леру неожиданным предложением, его брат сидел за письменным столом и старательно, но медленно водил авторучкой по листу бумаги: врач велел развивать мелкую моторику. Перьевую ручку ему купил Федя, потому что шариковая не годилась. Юра исписал уже несколько страниц – вполне прилично, хотя и кривовато. Впрочем, почерк у него всегда был ужасный. Писал он одно и то же, срисовывая текст, который ему на верхней строчке каждой страницы написал Федор, потому что сам он путал буквы «м» и «н», а «р» упорно поворачивал не в ту сторону. Юра задумчиво посмотрел на лист бумаги, на котором четыре раза подряд было выведено: «Меня зовут Юрий Всеволодович Волков. У меня есть сын Федя и старший брат Павел». Юра хмурился, пытаясь вспомнить что-то важное, потом лицо его просияло, и он тщательно вывел на листе: «Моя жена Лера Зайцева» – почти печатными буквами, зато без единой ошибки.

Выйдя от Волкова, Лера минут пятнадцать просто сидела в машине, бессильно откинувшись на спинку сиденья. Ей было жаль бывшего мужа – она, наконец, поняла, почему Юрке было так трудно с отцом и братом. Предложение Павла ее озадачило, но и взволновало – она хорошо знала специфику Юркиной работы. А как же психология? Это так интересно! Но зато вместе с «Летающим медведем» можно будет поездить по миру… Наконец Лера осознала, что не в силах вести машину, и вылезла, решив, что попросит Федю пригнать. Она долго плелась до метро, а в вагоне так задумалась, что чуть не проехала пересадку, невольно вспоминая прошлое.