– Моей обязанностью было выйти замуж за достойного человека. Обязанностью Уэстмора было произвести на свет наследников. Наши отношения стали портиться после того, как через полгода нашей семейной жизни я так и не смогла забеременеть. Дальше все становилось только хуже. – Слова лились потоком, будто она вскрыла гнойную рану и выпустила наружу скопившийся яд. – Так прошло три года, после чего Уэстмор объявил, что с него хватит: больше он не выносит ни меня, ни моего вида. И что отныне он до меня не дотронется. С той поры мы почти не разговаривали, разве что ему хотелось в очередной раз оскорбить меня и напомнить, насколько я ничтожна, глупа и омерзительна и что он ненавидит во мне все, буквально все.

 – Она замолчала: в горле застрял ком.

– Чертов ублюдок, – пробормотал Этан. – А ему не приходило в голову, что бесплоден может быть он сам?

– Он тут ни при чем, – бесстрастно заметила Кассандра.

– Откуда ты знаешь?

– В следующие семь лет Уэстмор обрюхатил с дюжину своих любовниц. Может, и больше. Я давно перестала считать.

– Он… он изменял тебе?! – не сдержавшись, ахнул Этан.

– Почти с самого начала, – невесело рассмеялась Касси.

 – Правда, тогда он был более осмотрителен, и я ни о чем не подозревала. Но когда стало ясно, что я не смогу родить ему наследника, он больше не трудился скрывать свои похождения. К тому времени все мои надежды и иллюзии относительно брака развеялись, и все же я не хотела, чтобы равнодушие переросло в ненависть. Поэтому и сделала глупую ошибку, попытавшись урезонить его, объяснить, как огорчена и расстроена своим бесплодием. Спросила, не можем ли мы по крайней мере быть вежливы друг с другом.

– Что он ответил?

– Дал ясно понять, что все это его не интересует.

– Дал понять? Но каким образом?

Кассандра зябко обхватила себя руками.

– Он… причинил мне боль.

Этан остановился, схватил ее за руку и повернул лицом к себе. Он был мрачнее тучи. Щека судорожно дернулась.

– Боль?! – повторил он тихим голосом. – Он… взял тебя силой?

– О нет, – покачала головой Касси. – Он не оставил сомнений в том, что больше не захочет меня… никогда.

В его глазах мелькнуло облегчение, но он тут же нахмурился:

– В таком случае, что… – И тут его осенило.

Он сжал кулаки. – Негодяй ударил тебя?!

Этан явно был потрясен до глубины души. Потрясен и взбешен. И то и другое было бальзамом на ее душу. Только горло еще сильнее сжало. Когда в последний раз кто-то проявлял к ней участие?

Жаркая влага собралась в глазах, и Касси яростно сморгнула слезы.

– Ударил, – мертвенно-спокойным голосом призналась она.

Этан невольно уставился в ее лицо словно в поисках синяков.

– Собственно говоря, не ударил, а избил. Мне пришлось несколько недель пролежать в постели.