В нем чувствовалась некая скрытая сила, готовая ежеминутно вырваться на волю, неотразимо покорявшая окружающих. Наверное, он обладал тем, что принято называть харизмой. И если уж быть честной, Лесли боялась признаться даже себе в том, насколько волнует ее этот человек. Она никогда не испытывала ничего подобного ни к одному мужчине и теперь, кажется, была готова потерять голову. Но как он относится к ней? По крайней мере до сих пор Оливер вел себя как истинный джентльмен и ни разу ничего себе не позволил, черт бы его побрал! Кроме того, каждую минуту кто-нибудь подходил к скамейке, чтобы пожать Оливеру руку и пожелать удачи. Женщины пронзали Лесли откровенно злобными взглядами.

«Вполне возможно, все они бегали на свидания с ним. И успели побывать в его постели, – думала Лесли. – Ну что ж, в конце концов, это не мое дело».

Она слышала, что в последнее время Оливер встречался с дочерью сенатора. Интересно, почему они разошлись?

«И это тебя не касается, дура несчастная!»

Не было смысла отрицать, что кампания Оливера терпит оглушительный провал. Денег не было даже на жалованье персоналу штаба, не говоря уже о телевидении, радио и прессе. Где уж тут состязаться с нынешним губернатором Кэри Эддисоном, плакатами которого был оклеен весь Кентукки! Лесли договорилась о выступлениях Оливера на пикниках компаний, заводах, благотворительных вечерах и концертах, прекрасно понимая при этом, насколько ничтожны результаты ее усилий, и это угнетало девушку.

– Видели последние результаты общественного опроса? – спросил Лесли Джим Бейли. – Ваш малыш уже на помойке. Финиш! С ним все кончено.

Ну уж нет! Она из кожи вон вылезет, но добьется своего!

Лесли и Оливер ужинали в «Чену».

– Ничего не выходит, верно? – тихо спросил Оливер.

– У нас еще куча времени, – успокоила Лесли. – Как только избиратели узнают вас получше…

Оливер покачал головой.

– Я тоже видел результаты опроса. Поверьте, Лесли, я знаю, что вы пытались свернуть для меня горы, но что тут попишешь? Вы и так делали все, что могли, и даже больше.

Лесли не могла оторвать от него взгляда.

«Он самый лучший человек на свете, а я даже не в силах ничем ему помочь…»

Ей хотелось обнять его, прижать к себе, утешить.

«Утешить? Кому ты паришь мозги?»

Они уже собрались уходить, когда у стола появились мужчина, женщина и две маленькие девочки.

– Оливер! Как дела? – спросил привлекательный незнакомец лет сорока с черной повязкой на глазу, придававшей ему залихватский вид киношного пирата.

Оливер поднялся и протянул руку:

– Привет, Питер. Знакомьтесь. Лесли Стюарт. Лесли, это Питер Тейгер.

– Рад встрече, Лесли.