Они машут палками, не подпуская Изолятора к себе. Одно из мачете вылетает из его руки после удачного удара. Палки длиннее, с ними сложно соревноваться, имея в руке лишь ножик, пусть и длинный.

Изолятор делает шаг назад и произносит:

— Шоо-ох! — На этот раз звуки тихие, мягкие, почти не слышные.

Один из драконов на его груди взлетает. Декоративно делает взмах крыльями, хотя я уверен, что эти красные крылышки никакого отношения к его полету не имеют.

В возникшей паузе я пинаю своего громилу в колено, в то же самое, надеясь все-таки добиться своего. Потом отступаю еще дальше вдоль стеночки.

Дракон кидается вперед и словно прилипает к одному из пары, противостоящей Изолятору. Видно, как горит его кожа, а плоский дракон, словно расплавленная рамка, проникает все глубже. Прожигает тело насквозь. Жертва наномагии падает. Предпоследний, чувствуя, что бой складывается не в их пользу, разворачивается и бежит.

Изолятор кидает ему вслед мачете. Лезвие входит под лопатку. Тонкое лезвие, очень тонкое. Входит слишком глубоко для обычного оружия.

Мой противник наконец понимает, что позади него что-то не так, и поворачивает голову. Я бью что есть дури в основание черепа. Нельзя упускать такую возможность, слишком он меня достал.

К счастью, на черепе он мышцы не раскачал. К счастью для меня.

Изолятор кивает.

Я киваю ему в ответ и спрашиваю:

— Можно мне тоже ножичек?

Он делает шаг назад и вонзает лезвие в свою первую жертву, добивая. Показывает на то мачете, что выбили у него из рук.

— Не, — отвечаю я, — можно мне вот этот ножичек? Привычней.

Я тыкаю пальцем в его пресс. Слева и справа от пупка наколоты ножи, удивительно напоминающие «катран», которого я только что лишился.

— Уска-ха! — кричит Изолятор, чуть отворачиваясь от меня в сторону — видимо, из вежливости. Думаю, это означает «да», потому что лишь в последний момент я успеваю поймать выпадающий из тела нож. Он стал объемным, рукоятка удобно лежит в руке. Правда, он непривычно легкий, и это мне мешает. Но придется смириться.

— Четырнадцать минут, — предупреждает Изолятор. — Больше структура не выдержит. Рассыплется прямо в руке.

Я киваю. Четырнадцать минут — это чересчур много, чтобы спасти мир. За это время можно даже выполнить задание.

— Вы будете там первыми, — пыхтя, сообщает по рации Тоско. — Мы тут застряли. Они как только поняли, что нахрапом нас не взять, ушли в глухую оборону и просто машут этими палками. Не подобраться. Мы их тесним, но все это слишком медленно. Их тут почти десяток, а я даже еще ни у одного палки не отобрал.

— Понял, — говорю я и ускоряюсь.

— Ребята, хватит буянить. — Этот вежливый голос не из рации. Он из динамиков бункера. — Мы же с вами делаем одно большое дело, зачем же ссориться. Давайте так — поднимайтесь наверх.