Во время походов в магазины или еще куда-то я так же предпочту оставаться незаметным.

– Вот видишь?! – воодушевился Броневич. – Я бы сам не отказался от такой охраны!

Девушка фыркнула:

– Да это же форменная слежка за моей личной жизнью!

Отчасти она была права, и в кухне повисла тишина. Монументальная и презрительная, Александра получала удовлетворение от образовавшейся паузы.

– Ну, извини, дочь, – проявлял феноменальное терпение Броневич, – по-другому личная охрана работать неспособна.

Понимая, что отец не изменит своего решения, Саша вздохнула и допивала кофе молча.

А через четверть часа Кармазин ехал на своем «Фокусе» в сторону города за небольшим, но резвым «Ауди»…

* * *Вечером два автомобиля заехали во двор коттеджа Броневичей. «Ауди» нырнул в подземный гараж, старенький «Фокус» скромно остановился у автоматических ворот.

Владимир Николаевич был уже дома. Встретив в холле дочь, он перекинулся с ней парой фраз и направился к Кармазину.

– Пойдем, выпьем деревенского молочка, – пригласил он. – Заодно расскажешь о первых впечатлениях.

В кухне он достал из холодильника обычную трехлитровую банку и разлил в два широких бокала молоко.

– Почти весь день просидел в машине у школы на улице Рихарда Зорге, – разминая затекшую спину, делился телохранитель. – Саша не выходила даже на обед.

– Занятия в школе пока не начались, – пояснил Броневич. – У них там сейчас каждый день какие-то заседания, совещания преподавательского состава, методические занятия… Ну а с первого сентября начнется настоящая преподавательская работа. Если много уроков, то она обычно обедает в школьной столовой. Когда есть окна – отправляется в ближайшее кафе, что на углу Зорге и Челюскинцев.

– Понял. Учту.

– Что-нибудь еще интересное заметил?

– Больше, собственно, и рассказать нечего. Утром доехали без приключений. Вечером немного потолкались в пробках на выезде из города.

– Ну и слава богу, – кивнул Броневич. – Но ты не расслабляйся – сегодня у нее был действительно трудный рабочий день. А во вторник, четверг и субботу она освобождается раньше.

– И чем мне это грозит?

– Дерготней, долгими пешими прогулками и усилением внимания.

– Это ерунда, – отмахнулся Стас.

 – Лучше уж ходить пешком, чем весь день торчать в машине.

– Ты, наверное, голоден? – спохватился подполковник.

– Есть немного.

– Садись. Сейчас организуем яичницу из свежих деревенских яиц…

Он снова полез в холодильник, потом загремел посудой. Через пару минут на плите в большой сковороде готовилась яичница с колбасой, а по кухне распространился приятный аромат. Владимир Николаевич нарезал хлеб, добавил в бокалы молока, положил на стол ножи и вилки.

– Приступай, – поставил он перед гостем тарелку.