Десять золотых, говорите? Да как Мирка на вас с рассвета до ночи ишачила, вся деревня обзавидовалась! А куда ты, Фарина, дела те два кольца, что с рук ее матери сняла? Что такое материнское проклятье – слышала? Вот предрекаю тебе своей Силой – верни сама девке то, что у нее забрала, или ни одна из твоих трех дочерей замуж не выйдет!

Тетка Фарина побелела, открыла рот и схватилась за косяк.

Сибир рявкнул на жену:

– Дура! Неси кольца, пусть подавится! – потом покосился на меня нехорошим налитым кровью глазом. – А тебе еще припомню… Назад попросишься – не возьму!

Я хлопала глазами – какие кольца? Мне всегда говорили, что я – дочь забредшей в деревню и сдохшей в придорожной канаве шлюхи, которую приютили из жалости.

Но что бы там ни было, Фарина, вся в слезах, притащила шкатулку и с ненавистью ткнула ее в руки Тирнари:

– Бери!

Травница открыла, посмотрела на меня, потом заглянула под крышку. Достала оттуда желтенький тонкий ободок с блестящим переливающимся камушком и другое, белое, без камней – просто квадрат с непонятными знаками.

– Да, эти. Спасибо, Фарина. А содержание Мирка тебе давно отработала, и ты это знаешь. С дочерьми не волнуйся – к Палаше сваты будут до следующего лета. Поняла?

Тетка снова всхлипнула. Открыла рот, закрыла. Кивнула.

Тирнари посмотрела строго, развернула меня за плечо прочь от дома и пошла широким шагом, утягивая за собой. Я босыми ногами семенила следом.

Глава 2

– Ну что, за девять лет ни одной тряпки не заработала? – голос моющей меня Тирнари звучал насмешливо."

"Я пыталась сообразить, к чему все столь стремительно случившиеся в моей жизни перемены и еще, как же теперь без меня будут доить Зорьку? Она ж молодая, вымя нежное, к ней подход нужен. Может, сбегать завтра с утра, показать, как с ней надо обращаться? А еще более важный вопрос – а как мне называть Тирнари? Не по имени же? Но и слово «тетка» совсем не подходило к этой статной чернокосой женщине с властным лицом. А как? А потом меня озарило – слышала я правильное слово!

– Госпожа Тирнари, – и попыталась поклониться в пояс, стоя в медном тазу с теплой водой.

Травница захохотала.

– Ну, ты и забавница! Хоть представляешь, как это выглядит, когда тебе голышом в тазу кланяются?

Я задумалась. А не все равно – когда? Главное – кланяются или нет. А уж в чем одеты – это как получится.

– Зови меня просто – Тин. Считай старшей сестрой. Есть в нас кое?что общее, но ты того пока не поймешь. Подрастешь, поговорим. Будешь хорошо работать, помогать, учиться, не лениться – останешься у меня. Если нет – вернешься в деревню.

Представив встречу, которая ждет меня после сегодняшней сцены в доме Сибира, я, как ошалевшая, замотала головой.