— Держу документы и могу сказать, что материалов в них вполне хватит для судебного процесса!

— Когда доставишь?

— Да минут через сорок.

— Хорошо, я постараюсь управиться. Если задержусь, жди меня в номере. Только документы не потеряй. Да и Глебова тоже.

— Кого вы учите! — фыркнул Крячко.

Гуров повернулся к Рыбину и приказал:

— Подними камеру и отвертку тоже. Видишь, в номере порядок, а ты мусоришь.

Когда Рыбин выполнил его приказание, полковник ткнул его в спину к двери:

— Поехали. Теперь я тебя покатаю.

Увидев, что они подъезжают к зданию ОБЭПа, Рыбин принялся ерзать на сиденье.

— Лев Иванович, я ведь лицо подчиненное, — заканючил он. — Давайте вы с подполковником Орленко сами разберетесь, а? Без меня? Ну что я вам сделал-то?

— Нет, Миша, — посмеиваясь, проговорил Гуров, останавливая машину у подъезда. — Без тебя никак не получится. Да и подчиняться подполковнику Орленко тебе больше не придется. Если только вы с ним в одной камере не окажетесь, что вряд ли.

Орленко сидел в своем кабинете и с важным видом разговаривал по телефону. Когда в кабинете появился Гуров, подталкивающий в спину Рыбина, он невольно раскрыл рот и чуть не выронил трубку, однако быстро взял себя в руки, проговорив «перезвоню», положил трубку на рычаг и, нахмурившись, спросил:

— Что все это значит?

— Вот, Вячеслав Андреевич, какая история-то неприятная, — начал Гуров, выводя Рыбина в центр кабинета, который встал там, опустив голову, словно ученик на ковре у директора школы. — Поймал с поличным в собственном номере, когда он пытался снять установленную скрытую камеру.

Орленко еще сильнее сдвинул брови и напустился на подчиненного:

— Ты что это себе позволяешь, Рыбин?

Михаил виновато молчал, но вину он чувствовал не за свой проступок, а за то, что не сумел сделать все незаметно, не попавшись на глаза Гурову."

"— Вячеслав Андреевич, не надо тратить лишних слов, — покачал головой полковник. — Мы оба отлично знаем, что камера была установлена там по вашему приказу. Так же, как и прослушка в телефоне. Сработано было топорно, — поморщился он, — но я вас понимаю. Мой визит оказался для вас неожиданностью, вот вы и торопились. Потому и напихали все эти устройства куда попало — в места, которые профессионал сразу определит. Это было сделано от отчаяния. Кстати, в этой камере особого смысла не было. Но ее установление в определенном смысле даже сыграло мне на пользу. — Гуров усмехнулся, подумав о том, что на ней запечатлелись Гном и Верзила, проникшие в его номер. — Вам просто нужно было прослушивать мои разговоры и знать, насколько я продвинулся в расследовании. Причем убийство Мажарова вас особо не интересовало. Вам важно было знать, не разоблачу ли я ваши незаконные действия. Смею заверить, я их разоблачил.