— Поразмыслив, я понял, что вы направляетесь к Фоменко — его контора как раз по маршруту пятнадцатого троллейбуса. Поехал туда, дождался вас…

— Понятно, — прервал его Лев. — То есть вы располагаете информацией, которая может помочь найти убийцу Мажарова?

— Надеюсь, что так, — подчеркнул Еремин. — Правда, на большой успех не рассчитывайте. Не так уж много я знаю.

— Ничего, меня сейчас любая мелочь устроит, — подбодрил его Гуров.

Солнце немилосердно било в глаза, и Михаил все время щурился. Не помогали даже солнцезащитные очки. Наконец он проехал вперед, остановил машину под большим раскидистым платаном и снова заговорил:

— В последние дни Руслан был сильно озабочен.

Это было связано с делом подрядчиков. Не знаю, что конкретно он накопал, но это его сильно волновало. Думаю даже, что он и сам был не рад тому, что раздобыл.

— Почему вы так решили? — насторожился Гуров.

— Потому что он давно жил в Приморском и знал местные реалии. Здесь рука руку моет, верить никому нельзя. С тем, что он нашел, нельзя было идти к Орленко, и он это понимал. А делать что-то нужно было.

— То, что он нашел, было оформлено документально? Или это просто слова?

— Какие-то документы у него были, — ответил Еремин, постукивая по рулю.

 — Но что в них — мне неизвестно. Мажаров лишь сказал мне, что бумаги, которые у него есть, произведут взрыв, если их обнародовать. И он не уверен, что сам не пострадает при этом взрыве… Главный вопрос, который его беспокоил, — где их хранить. Мы с ним обсудили ситуацию, и я посоветовал пока подождать. Даже предложил оставить документы у меня. Я мог бы их спрятать где-нибудь вне стен ОБЭПа. В гараже, например. Но Мажаров отказался. Сказал, что не стоит хранить их у человека, который служит там же, что мой гараж — место ненадежное и что он сам решит этот вопрос.

— И решил? — вперил взгляд в Еремина полковник. Это был очень важный вопрос. Гурову необходимо было знать, добрался убийца до документов или Мажаров сумел их надежно спрятать.

— Не знаю, — выдохнул Еремин. — С тех пор как его убили, я себе места не находил, все ломал голову над этим. Что он выяснил? Если бы я знал хоть немного!

— И он даже не намекнул, что это?

— Кроме того, что информация взрывная, нет. Мажаров — стреляный воробей, привык держать язык за зубами.

Мне он более-менее доверял, потому и рассказал о документах. Совсем в одиночку трудно что-то сделать.

Сведения, полученные от Еремина, были, конечно, весьма интересными. Но они не давали никакого направления дальнейших поисков. Обыскать квартиру Мажарова? А что это даст? Ее и так перевернули вверх дном. Если Мажаров поостерегся прятать документы в гараже у Еремина, тем более не стал бы этого делать у себя дома.

— И вот еще что я хотел вам сказать, — продолжал Еремин.