Визжала и тыкала его штопором. Отвратительно!

– Ты спасла нас обоих, – сказал Мирон и, кажется, первый раз посмотрел ей в глаза. – Я бы сказал, что ничего прекраснее в своей жизни не видел, но на самом деле видел. Когда впервые встретил тебя в музее. А потом еще раз – когда открыл дверь собственного чулана и обнаружил за ней тебя.

Он неловко улыбнулся."

"И вдруг Анаит поняла. Ничего в нем не было холодного. Она ему нравилась: вся, целиком. Со всей своей вспыльчивостью, приступами гнева, неуравновешенностью, криками, багровыми щеками и размахиванием руками. Он действительно видел ее красивой – постоянно, а не только тогда, когда она была скромной тихой девушкой и вела себя подобающе.

Она шагнула к Мирону. Что-то такое он прочел в ее глазах, потому что изменился в лице. Несколько секунд они стояли друг напротив друга, затем он протестующе вскинул руки и выдавил:

– Послушай, девочка…

Но если Анаит что-то и знала наконец совершенно точно, так это то, что слушать его сейчас не надо.

* * *Мирон натянул край одеяла на белоснежное плечо, чтобы она не замерзла, и провел пальцем по ее лбу и вниз, по точеному носу.

– Какая ты красивая, с ума сойти…

– Послушай, а тебе целоваться-то можно? – Анаит, встревожившись, подняла с подушки взлохмаченную голову и уставилась на него.

Акимов захохотал в голос:

– Тебе не кажется, что ты с этим вопросом опоздала часа эдак на полтора?

– Может быть, – смущенно признала Анаит. – Но никогда не поздно остановиться и сдать назад.

– Нет уж, останавливаться поздно! – твердо сказал он. – Иди сюда…

Когда они снова выбрались из-под одеяла, солнце било в окна.

– Я не рассказала тебе, что у меня новая работа, – с гордостью сказала Анаит.

– Да ты что? – Он обрадовался. – Какая?

– Меня взяли гидом-искусствоведом в туристическое бюро «Ливерпуль». Изначально они занимались познавательными поездками школьников с родителями за границу, но со временем у них выделилось новое направление, только для взрослых. В мои обязанности входит отправляться с группой на выставку, которая проходит у нас или за границей. География поездок – от Берлина до Нового Иерусалима. Приезжаем на два-три дня, я провожу экскурсию – рассказываю о тех картинах, которые выставляются в это время… Требований было только два: свободный английский и диплом искусствоведа, так что я им подходила. А еще меня попросили рассказать перед аудиторией о своей любимой картине, и я справилась! – Анаит просияла в улыбке.

– Слушай, это выглядит просто работой мечты!

– Да! Это именно она и есть! Господи, я так рада!

– А о какой картине ты рассказывала? – с неподдельным интересом спросил Мирон.

– О «Поклонении волхвов» Боттичелли. Пожалуйста, не говори, что не любишь Боттичелли! – взмолилась она.

– Люблю.