Говорил, дамы – его вечная слабость. Был уверен, что помрет в постели с какой-нибудь темпераментной дамочкой. А вышло-то по-другому…

– У вас есть контакты клиентов, которые покупали изделия с изумрудами? – спросил напоследок Макар.

– Н-ну… наверное, да. Могу найти.

Илюшин ждал, пока ювелир рылся в журнале, и рассматривал фотографии с места убийства Тарасевича. Брызги крови на стене арки, темное пятно на асфальте. Прав Сергей: кровь должна была остаться на убийце.

Он написал Сергею с просьбой прислать ему фотографии из квартиры Тарасевича. «Зачем? Там все чисто», – ответил Бабкин.

«Пришли».

Макар не знал, что он хочет найти. Но когда в мессенджер посыпались снимки, в глаза ему сразу бросилось пятно на одном из них: розово-пурпурное, которое ему уже доводилось встречать раньше.

Набрав Бабкина, он сказал:

– В квартире Тарасевича висит картина авторства Майи Куприяновой.

– А на телефоне Тарасевича обнаружены звонки ей и Андрею Колесникову, – в тон ему отозвался Сергей. – Вот тебе и ювелир, не имеющий никаких связей с Имперским союзом.

* * *Иногда Андрей Колесников задумывался, что должен был предпринять, чтобы не допустить своей нынешней жизни.

Той, в которой его попрекали куском хлеба и новыми ботинками. Ботинки он нашел на «Авито» и купил за смешные деньги.

Носил аккуратно, берег. Может, когда-нибудь придется их продавать.

Как многое меняет в отношении к вещам мысль, что они еще будут кому-то служить.

А ведь когда-то он был самым талантливым парнем на курсе. Ладно: одним из. Главное, у него была прочная уверенность в будущем. В том, что жизнь к нему благосклонна.

Заблуждения юности?

Но ведь не на пустом месте возникла эта уверенность.

У него был талант. Упорство! А позже – признание коллег и зрителей! Бездарности не получают в свое распоряжение мастерских. И персональных выставок не проводят. А у него были, были! В Ереване, в Самаре, в Нижнем Новгороде… И даже в Москве повезло провести целых две – в те времена, когда Андрей Колесников считался подающим надежды художником.

Что изменилось?

Задумываясь об этом, Андрей раз за разом приходил к одному и тому же ответу. Он стал неудачником, упустил не то что журавля, но самую распоследнюю синицу и был списан со всех счетов – а все потому, что женился на Майе Куприяновой.

Девочка с ясным взглядом. Как хороша и свежа! Что-то в ней такое есть несовременное – как будто только красного галстука не хватает, чтобы на передовицу поместить ее фото под заголовком «Наши активисты». Сливочное мороженое! Или нет: газировка! Бодрящая сладость, искристость, пузырьки на языке. Утоление жажды в знойный день. Приникнуть – и забыть обо всем… Такой он ее видел в юности.

Что интересно: она ведь почти не изменилась.